– Студентка Уорт, – немного хрипло и как-то зло позвал Джер.
– Да? – пискнула Фиди.
– Сходили бы вы в корпус целителей к магистру Калькут, – порекомендовал ментор.
– Ох, ничего страшного, не беспокойтесь за моё здоровье. Так всегда бывает, когда я подолгу плачу. Просто нос отекает и… – она встретилась с тяжёлым взглядом Джера и осеклась: – Обещаю, что схожу, магистр Десент.
Фиди вжала в голову в плечи и больше не хлюпала носом. Кажется, она даже перестала дышать. И почему-то мне показалось, что в этот момент магистр Десент совсем не беспокоился за здоровье студентки Уорт.
– Идите в свою комнату, – Джер отлепил меня от себя, и я тоже кинула на несчастную Фиди враждебный взгляд. – Обе.
Я немного постояла, всё ещё ощущая его тепло и родной запах, а потом нехотя развернулась к подруге:
– Пойдём.
Напуганная Фидерика всё ещё сидела на полу, и я подала ей руку, чтобы помочь подняться. Она тяжело закряхтела, пытаясь встать, и я с силой дёрнула её на себя. Кажется, немного перестаралась, потому что Фиди взвизгнула и схватилась за плечо. Но зато поднялась очень быстро, почти как тренированный боец. Джер равнодушно наблюдал за нами, покручивая своё кольцо.
– Прости, – я попыталась улыбнуться Фидерике как можно мягче. – Случайно вышло.
– Это ты меня прости, Юна, – попросила Фиди и снова чихнула.
Она на ходу потирала плечо, и я принялась помогать ей в этом. Сейчас я была даже рада предательству Фиди: благодаря ему у меня осталась хоть одна подруга, которая не считала меня проклятой.
– Юна, – задумчиво позвал Джер, когда мы уже почти вышли. – Давай встретимся через три часа у кабинета ректора Аддисад. Сходим к ней вместе.
Мы с Фиди замерли у двери. Идти к ректору Аддисад мне не хотелось, я вообще планировала не выходить из своей комнаты, пока все не разъедутся. Наверное, Надалия Аддисад тоже знала о моей новой роли в академии, и мне не хотелось терпеть ещё и её презрительный и брезгливый взгляд.
– Нужно моё присутствие? – спросила я, надеясь избежать неприятной встречи.
– Не нужно, – после паузы ответил Джер. – Но я хочу узнать наверняка, кто заплатил за первый год твоего обучения. Думаю, тебе это тоже может быть интересно.
Посещение кабинета ректора обычно не сулило ничего хорошего. Оба раза, когда мне доводилось там быть, речь шла о моём исключении из академии. Но оба раза всё закончилось хорошо, и это убедило меня снова посетить обитель ректора Аддисад. К тому же мне было приятно, что Джер тоже делится со мной своими планами, поэтому я кивнула и почти бегом побежала в замок, таща за собой запыхавшуюся Фиди.
***
Длинный узкий коридор, ведущий к кабинету Надалии Аддисад, больше не казался мне дорогой судьбы, поэтому я лениво разгуливала вдоль ковра, рассматривая сохранившиеся фрески. Обе картины представляли сюжеты с участием крылатых львов, сражающихся со змееподобными чудовищами. За дверью слышались приглушённые голоса, и я даже тихонько приложилась к ней ухом, чтобы разобрать слова, но понять что-либо было невозможно. Кроме того, что разговаривал точно не Джер. Ректор была занята посетителями, и мне стоило подождать.
Ментор задерживался, и я принялась раскачиваться с пятки на носок, сдувая со лба прядь и корча рожи львам. Потом внезапно осознала, что сорокина дочь Юна Горст предстанет перед взором тех, кто выйдет из кабинета, во всей своей потрёпанной красе, поэтому решила переждать появление неизвестных мне посетителей в укромном месте. Резво взбежала по ступенькам, что вели из узкого устланного ковром прохода в более широкий и менее нарядный коридор академии, и огляделась. В дальнем углу у пыльного окна обнаружилась узкая ниша, шириной всего в локоть, в которую я и протиснулась. Вид отсюда открывался прекрасный – Джера я точно не пропущу, когда он явится. Сланцевая стена больно давила на грудь, но я решила потерпеть. И очень удачно, потому что через минуту дверь в кабинет ректора скрипнула и послышались голоса.
– Хорошего вам путешествия, ректор Аддисад, – узнала я речь Орлеана Рутзского, что приглушённо доносилась в моё нехитрое укрытие.
– Благодарю за гостеприимство, – тихий вкрадчивый голос отдавал металлом, словно свист клинка, исполняющего смертельный приговор.
Острые камни врезались в ягодицы, и я скривилась от неприятных ощущений. Хрипловатые нотки благодарителя показались мне отдалённо знакомыми, но всё же я не узнала его. Любопытство взяло верх, и я осторожно высунула один глаз, стараясь оставаться незамеченной. Мужчины попрощались, вышли из-за угла и направились в противоположную от меня сторону, о чём-то тихо друг с другом переговариваясь.
Консул Рутзский, как всегда, одет был с большой тщательностью, но его спутник ничем не уступал ему в роскоши наряда. Из-под длинного сюртука незнакомца торчали ноги в узких брюках и блестящие, прекрасно начищенные туфли. Затылок прикрывали короткие тёмные волосы, аккуратно подстриженные и причёсанные.
