Мера человек полностью

«Не учи инкуба трахаться», — деловито произнёс демон и погрузил-таки палец в искрящуюся полосу.

«О, Небо, сколько я ещё буду терпеть этого мужлана?» — возмутилась Хали, но, судя по голосу, ей было весело, — «А ты что, был инкубом?»

Одновременно Огненная Плеть показала мне картинки демонов, соблазняющих женщин.

«Бурная молодость», — проворчал Белиар.

«Постой, а не ты ли тот самый…»

«Не мешай, пернатая!», — прошипел демон, мой палец аж затрясся.

Халиэль вздохнула и замолчала.

Одновременно в голове включилась картинка, мы будто летели по стенам замка.

«Ловушку ставил молодой маг, неопытный», — бормотал демон, — «Только прикосновения учёл, а ментальной защиты никакой. Дилетант.»

Я увидел спящего на кушетке, в одном из помещений, молодого зверя, только-только выскочил из юношеского возраста, ещё пушок на подбородке. Но огромный синяк под глазом заметно портил парню красоту.

Рядом с кроватью лежала серая мантия оракула, а сам парень лежал голый, откинув одеяло. На его плече спала девушка-первушка — хрупкая, но с явно выделяющимися прелестями. Не только за красивые глаза оракул затащил её в постель.

Присмотревшись к зверю, я даже не понял, что меня кольнуло. В памяти всплыла процессия, только куда и где?

Пришлось поднапрячься, ведь синяк сильно изменил облик, но я вспомнил. Когда ещё не был прималом, а только собирался пройти посвящение, Хакон дал мне свободу, и я стоял у ворот особняка Хильды. Стоял перед выбором: уйти из Вольфграда, послав к нулям Волчицу, или остаться на службе, больше напоминающей рабство.

«Первушник, это здесь дом Хильды, правой руки Лунного Света? Отвечай!», — я вспомнил голос парня, обратившегося ко мне. Именно он и лежал тут.

Рульфа теперь нет, и, получается, этот юнец — главный оракул?

«Скажи спокойной ночи своему знакомому», — весело бросил Белиар.

Паренёк даже не дёрнулся, но я ощутил, что он умер…

— Эй! — вырвалось у меня.

«Гадкий демон, это же юный зверь, живший по законам Неба!»

Мне в грудь влетел светлячок, и послышался ослабевший голос Белиара:

«Лицемеры… Всё, мне надо отдохнуть… Много сил.»

Демон отключился, пару раз оглушительно всхрапнув.

«Наконец-то. Во дворе есть алтарь, Марк, мы вполне можем провести обряд, чтобы очиститься от нечисти».

Я усмехнулся и покачал головой.

— Лезем дальше.

Я пересёк искрящуюся ловушку, и ничего не произошло. Действительно, поднять тревогу мог только тот юный оракул.

«Можно было бы оглушить, или придушить ненадолго», — вздохнула Хали.

Я ничего не сказал. Сколько таких лазутчиков, жалея часового, погибали по собственной глупости? Мы никогда не узнаем, потому что они уже не расскажут.

Поднявшись по стене и обогнув ещё пару ловушек, я поднялся до самого конца. Верхняя площадка, на которой дежурили воины, была закрыта крышей, усыпанной зачарованными колючками. Под козырьком были небольшие окна, за которыми я чуял шагающих патрульных.

— Один ден в день, дерьмо нулячье. Разве это плата?

— Не говори. А цены в пивной видел? Я теперь только через день захожу.

— Если так и дальше пойдёт, — зверь сплюнул, — Интересно, а сколько Бездна платит?

— Следи за языком, зверьё твоё пустое, — вяло ответил второй.

— Да не уследишь, без пива пересох.

Звери засмеялись.

«О, Небо, что творится в умах этих бедняг?»

Слушая ворчание Хали, я ждал, пока патрульные отойдут.

Как назло, ни в одно такое окошко я пролезть бы не смог. Я просканировал небольшую секцию стены и обнаружил свежую кладку немного правее.

Кажется, здесь что-то обвалилось, и недавно починили окно, но цемент отличался низким качеством. Сделали так, лишь бы отвязались.

«Вот так и падают самые неприступные крепости. Из-за лентяев.»

Я кивнул, осторожно смещаясь к этому месту. Сливаясь со стихией земли, и добавляя духовной маскировки, я был незаметен для воинов. В основном тут были звери второй ступени, вот ещё одна пара прошла как раз мимо окна.

Один выглянул, посмотрел вдаль. Почуялось действие какого-то дара.

«Этот зверь видит на большие расстояния».

— Чего там, Перевал горит?

— Его отсюда не видно. Да и говорят, там закончилось всё.

— Ну, мало ли… Как думаешь, что там было?

— Говорят, души пропавших зверей горели…

Воины перебросились парой фраз и пошли дальше. Я стал осторожно, усилием мысли распыляя раствор, вынимать кирпичи. Ну, халтурщики, один песок!