Но больше всего мыслей в голове крутилось о профессоре Уидморе. Найденные в лесу предметы наводили на интересные размышления, стала складываться определенная картина: обыск Хопкинса вынудил Эзраэла быстро и бесследно избавиться от предметов, которые, по его мнению, были незаконны или как-то дискредитировали бы профессора в глазах министерской крысы. Проще говоря — он прятал улики. Среди найденных флаконов Том определил мышьяк, яд королевской кобры, некоторые пески, которые использовались для нанесения рун, но в Соединенном Королевстве были запрещены, и псилоцибе конскую… Про то, что луковица в его отваре буреет, он нашел практически сразу — об этом ему рассказала одна из книг Запретной секции Хогвартса, аналогичную он читал в Государственной Магической Библиотеке Лондона, но узнать, что же все-таки Уидмор делал с порошком этих грибов, Тому пока не удавалось из-за секретности вокруг них. В голове всплывали воспоминания: запах от ножа профессора, когда на него напали дементоры, разговор с этим недоумком Чарли, который, как и другие авроры, принял запах псилоцибе за запах испражнений, когда расслабились мышцы трупа, а ещё руна возрождения… Соединяя полученные сведения, сложно было не заметить связь и не почувствовать, насколько всё это подозрительно. Уидмор мог проводить эксперименты над Джокондой, и самое страшное в том, что именно это могло стать реальной причиной её смерти. Том выстроил множество догадок, пытаясь связать действия профессора и самоубийство Джеки… Уж слишком сильно тот переживал её смерть, до сильнейшего отравления алкоголем. Ещё больше подозрений вызывали наложенные на портрет сэра Генри чары, которые, как предполагала Аврора, к словам которой Риддл сначала не прислушался, сама Джоконда была не в силах наколдовать… Мог ли это сделать Уидмор? Но зачем?
Том едва успел на ужин и поглощал пищу с такой скоростью, что сидевшие неподалеку Дженна Шелли и Вальбурга Блэк застыли на месте, внимательно наблюдая за ним. Большой зал практически опустел, по возмущенным выкрикам со стола Рэйвенкло можно было решить, что ребята обсуждают какую-то теорию трансфигурации, мнения при этом разделились, и каждый старался доказать свою точку зрения. Чарли Дэвис стучал книгой по столу, пытаясь привлечь внимание спорящих сокурсников, среди которых была и Аврора. Покрутив пальцем у виска, она подняла с колен мирно спящего котенка и поставила его на стол рядом с тарелкой с пирогом, тот смешно потянулся на своих коротких лапах, зевнул и стал разнюхивать близстоящие блюда.
— Аврора, убери животное со стола, — попросила Ирма, но, помахав рукой в знак протеста, Уинтер достала волшебную палочку и навела на кота. Длинное заклинание, произнесённое ею, вызвало у Тома усмешку. Однозначно, используя альфа-трансфигурацию, вернуть котенку нормальную длину лап не удастся. Уинтер почесала палочкой висок и задумчиво облокотилась на стол, глядя на то, как шерсть животного приобретает ярко-голубой окрас.
— Я испробовала всё, что знала, — с досадой произнесла она и снова направила волшебную палочку на котенка. — Фините Инкантатем, — и тот, не отрываясь от мясной начинки пирога, снова обрел обычный цвет. — Профессор Меррисот — и та не смогла. Может, профессор Слагхорн сварит какое-нибудь зелье?
— Я читала, что есть необратимые побочные действия заклинаний, особенно, если они неправильно произнесены, — сказала Пинс, разглядывая котенка, который без стеснений лазил по столу в поисках наживы; сидящие рядом студенты подсовывали ему лакомства из своих тарелок. — А, по-моему, он такой милый с короткими лапками…
— Такой милый, что мне плакать хочется! — простонала Аврора. — Пыщ, иди сюда… — она поднялась из-за стола и оглядела всех участников дискуссии. — Спасибо вам всем, я попробую ещё что-нибудь придумать. Посмотрю в Запретной секции, если господин директор позволит, да все равно нужно начинать готовиться к Ж.А.Б.А.
Взяв со стола кусок мясного пирога со стороны, где не похозяйничал кот, Аврора отправилась к дверям Большого зала, но кинув взгляд на Тома, резко изменила направление…
— Только не сюда, только не сюда, — пробормотал Том, делая вид, что не видит приближающейся девушки.
— Том…
— Мерлин, я же просил, — прошептал Том сквозь зубы.
— Чего? — переспросила Аврора, плюхнувшись рядом с ним на лавку и с ужасом взглянув на гору макарон с сыром в его тарелке. — Ты сам с собой, что ли разговариваешь? — она попыталась приложить ладонь к его лбу, чтобы убедиться, что у Тома нет температуры, но он рывком оттолкнул её. — Ай, зачем же так! — пожаловалась Аврора, чья рука с размаху шлепнулась о край столешницы. — Вообще-то больно.
Том старался всячески игнорировать её присутствие, у него для этого был повод — и вовсе не та её глупая шутка с Улыбакой и Пичалькой, хотя это можно было назвать отговоркой, из-за которой он вот уже три дня жил в тишине и покое, и никто не мешал ему сосредоточиться на загадке Джоконды и Уидмора.
