Мальчик потупил голову, утратив интерес к представлению, которое шло своим чередом. Рыцарь атаковал крестьянского парня с воинственным кличем: «За лордов, поместья и деньги!»
— За простых людей! — крикнул в ответ повстанец и пустил свою лошадь вскачь.
Когда он приблизился к рыцарю, потешный скакун с деревянной башкой резко повернулся и потрусил в сторону шатра. Парень напутствовал его ударом деревянного копья в зад. Обратив противника в позорное бегство, он соскочил с лошади и раскланялся перед ревевшей от восторга публикой. Я смеялся ничуть не меньше остальных.
— Люди по-прежнему надо мной потешаются? — спросил Саймон, неуверенно вскинув голову.
— Что ты, дружище, про тебя все давно забыли. Не переживай из-за ерунды. Когда все это закончится, я помогу тебе устроиться куда-нибудь конюхом, и ты всегда будешь при лошадях, — пообещал я.
Саймон благодарно улыбнулся сквозь слезы.
Наконец наступило главное событие нынешнего дня — игра в мяч. В отличие от потешного турнира, тут все было серьезно. Нетти покинул нас, так как тоже участвовал в соревнованиях.
— Как бы они не поранили друг друга, — озабоченно покачала головой тетушка Эверник.
— Я видел нечто вроде этого в Лондоне, — сообщил Барак. — Вроде как обошлось без жертв.
— Ох, от такой забавы добра не жди, — вздохнула добрая вдова. — В прошлом году у нас тоже была какая-то игра. Помнится, перед началом ребята из Саффолка спросили у норфолкских, запаслись ли те гробами.
На просторную площадку, огороженную веревками, вышли первые тридцать участников — крепкие парни и молодые мужчины, все как один обнаженные до пояса. На каждом был цветной кушак, позволяющий понять, к какой команде он принадлежит. Они начали битву — другим словом назвать происходившее было невозможно — за мяч, сделанный из мочевого пузыря свиньи. Пытаясь завладеть мячом, они отчаянно пинались и выкручивали друг другу руки. За происходящим наблюдал судья, однако никаким — или почти никаким — правилам игроки не подчинялись. Я с удивлением убедился, что Нетти, которого я считал тихим и задумчивым юношей, сражался за мяч так же яростно, как и все остальные. Тоби Локвуд играл в команде его противников. Судя по злобным взглядам, которые он бросал на Нетти, этого паренька он тоже считал моим прихвостнем.
Когда мяч отлетел в сторону и Нетти устремился за ним, Тоби бросился ему наперерез и что есть силы двинул плечом в лицо; в результате мальчишка не удержался на ногах и упал. Локвуд, не ограничившись этим, лягнул его в пах так, что Нетти вскрикнул и согнулся пополам. Тоби довольно усмехнулся и бросил на меня торжествующий взгляд. Дикая выходка Локвуда осталась незамеченной, ибо судья в это время смотрел в другую сторону, туда, где вокруг мяча завязалась бурная схватка. Нетти, постанывая, заковылял к нам. Барак и Николас помогли ему сесть. Паренек свесил голову меж колен, и его вырвало. Джек заставил Нетти поднять голову и внимательно осмотрел его лицо.
— У тебя будет здоровенный синяк, приятель! — заявил он. — Хорошо еще, что этот каналья не сломал тебе нос.
— Бешеный пес, — процедил Николас.
— Почему он это сделал? — простонал Нетти.
— Потому что он знает: ты наш друг, — уверенно ответил я. — Как ты себя чувствуешь? Все кости целы?
Нетти, одна щека у которого покраснела и распухла, а другая, напротив, побледнела от боли, коснулся рукой своей широкой груди и невесело усмехнулся:
— Ничего, до свадьбы заживет. Как-то раз меня лягнула лошадь, так было еще хуже. Жаль только, что сегодня вечером мне придется сидеть дома. Говорят, в лагерь придут девушки из Нориджа, но с такой рожей мне лучше держаться от них подальше.
Как вскоре выяснилось, один из зрителей все же заметил, что выкинул Тоби Локвуд. Игра закончилась победой северян, толпа начала расходиться. Кто-то коснулся моего плеча; обернувшись, я увидел Майкла Воувелла.
— С вашим молодым другом поступили весьма жестоко, — сказал он.
— Вы видели?
— Да, я постоянно наблюдаю за Локвудом, — кивнул Майкл. — Прежде думал, что, несмотря на все свои странности, он верен нашему делу. Но теперь у меня появились сомнения на этот счет. Вы же помните, он был среди нас, когда капитан Майлс проговорился о том, где скрывается его семья. Значит, он мог стать предателем.
— Так же, как я, вы или Эдвард Браун.
— Я точно знаю, что никого не предавал. И не верю, что вы или Браун мог сделать это.
— Локвуд всегда был мстительным и жестоким и, проиграв дело против Николаса, озлобился еще сильнее, — покачал я головой. — Но у нас нет никаких оснований сомневаться в его преданности повстанцам.
— Вы уверены? — вскинул бровь Воувелл. — Он несколько лет подряд работал с лондонским адвокатом Копулдейком и пользовался доверием многих норфолкских дворян, точно так же как вы пользуетесь доверием леди Елизаветы.
— Откуда вам это известно? — слегка нахмурился я.
