Несмотря на то, что Айзек видел в каждом отсеке на каждой палубе «Ишимуры», он надеялся, что ему и остальным удастся найти не только Николь, но и других выживших. Ведь уцелел же доктор-маньяк! Нет, таких, как он, конечно, не надо, но ведь могли же продержаться и другие! Кларк и сам видел выживших, пусть и приходил слишком поздно и не успевал им помочь… Он снова почувствовал укол совести: был бы он порасторопней… Но этого уже не изменить — и Айзек знал, что в следующий раз он не станет медлить.
А еще ему хотелось верить, что Джейкоб Темпл и его подруга, доктор Кросс, все-таки сумели найти друг друга в этом бедламе и выжить. Пусть Айзек и никогда не встречал этих людей, но он уже не раз находил записи Темпла, практически повторяя его маршрут, а теперь нашел еще и послание от Элизабет… Оба оставляли носители так, чтобы их нашли, словно желали рассказать о происходящем кошмаре хоть кому-то — или предостеречь. Жаль, что оба, скорее всего, уже мертвы… И все-таки Кларк, хоть и понимал, насколько мала вероятность их выживания, гнал от себя эту мысль. Просто потому, что тогда ему придется признать, что и Николь тоже может уже не быть в живых.
«Нет уж, она говорила со мной! Раз выжил Мерсер — почему не могли другие?»
К счастью, как раз в этот момент подъехала кабина лифта, и необходимость сосредоточиться на деле и двигаться дальше вырвала Айзека из пошедших по кругу мрачных размышлений. Первым делом он убедился, что в лифте не прячется какая-нибудь дрянь, и только уже после этого зашел внутрь. Хоть некроморфы и не нападали на него еще ни разу в лифтах, это точно не повод чувствовать себя в безопасности. До этого дня инженер даже не подозревал о существовании таких тварей, и каждый час, проведенный на борту «Ишимуры», приносил все больше неприятных открытий. Да и дышащие на ладан механизмы не стоило сбрасывать со счетов. И если что-то случится в шахте лифта, шансы выбраться будут малы…
Тихий звон оповестил о прибытии на место. Глубоко вздохнув, Айзек вышел из показавшегося на миг таким надежным лифта навстречу неожиданной яркой зелени. И, хоть индикатор заражения в воздухе и был уже по цвету близок к оранжевому, инженер не увидел клубов отравляющего газа. Зато свет оказался неожиданно ярким — и Айзек мог без помощи прибора ночного видения или фонарика рассмотреть коридор, одна из стен которого представляла собой сплошную теплицу. В ней под лампами росли весьма симпатичные помидорные кустики с пока еще зелеными плодами. На стекле имелась табличка с указанием сорта и прочей информацией для работников отсека. Айзек еще несколько секунд рассматривал растения — после всей нервотрепки этого безумного дня зрелище оказалось неожиданно умиротворяющим. А потом послышалось шипение, заставившее Кларка отпрянуть, вскидывая винтовку. Но шипели не очередные твари, а всего лишь автоматические разбрызгиватели.
— Включен режим полива, — прозвучал уже привычный механический женский голос.
— Да чтоб тебя! — в сердцах выпалил Айзек и опустил оружие. Так и заикой остаться недолго… Порой у простых случайностей на этом корыте получалось нагнать страху не меньше, чем у самих некроморфов.
Теперь — к большим дверям, на которых был нарисован стилизованный цветок. Вообще, отсек гидропоники выглядел довольно уютным и спокойным — но это лишь пока что. Инженер не позволял себе расслабиться хоть немного, напоминая сам себе, где он находится. И не стоило забывать, что именно на этой палубе засел Левиафан. Самое главное — чтобы яд подействовал на эту гадину.
За дверью оказался целый небольшой лабиринт таких же теплиц, как и у выхода из лифта. Но здесь по-прежнему было светло, а воздух выглядел прозрачным — вот только индикатор на внутреннем экране с каждым шагом все больше наливался оранжевым. А потом впереди послышался чей-то кашель — и Айзек, забыв об осторожности, рванул на звук. В том, что это не очередной монстр, инженер был уверен. Это человек. Или кто-то из выживших, или, что вероятнее, он все-таки нашел капитана.
Обогнув очередную теплицу, Айзек, наконец, заметил Хэммонда. Тот определенно был жив, но при первом же взгляде становилось ясно, что дела его неважные: офицер полулежал, прислонившись спиной к одной из теплиц. Кларка он, похоже, не заметил, и тот, очнувшись от секундного ступора, бросился к товарищу.
Но раньше, чем Айзек успел преодолеть разделявшие их метры, на него вновь уставился ствол винтовки.
— Кэп! — предупреждающе воскликнул инженер, остановившись. Хэммонд поднял голову, часто моргая.
— Айзек… — прохрипел он, и Кларк невольно поежился от его вида — взгляд капитана казался расфокусированным, а темная кожа — пепельно-серой, блестящей от испарины. — Хорошо, что ты цел… Не снимай… шлем… воздух отравлен… — было заметно, что ему тяжело говорить, а последние слова и вовсе потонули в приступе мучительного кашля.
— Так, кэп, давай-ка отсюда выбираться, — решительно заявил Айзек, присев рядом. — Пока ты не задохнулся. Кендра, слышишь меня? Я его нашел.
