Дарра вытянул руку над картой, глубоко вздохнул и что-то зашептал. Айлин не удалось разобрать ни слова, но в комнате словно повеяло ледяным ветром. Мажеский перстень на указательном пальце Дарры ослепительно вспыхнул лиловым, а потом шпильки, разложенные по карте, завертелись на месте, словно кто-то невидимый их раскручивал! Они вертелись все быстрее и быстрее, сталкиваясь друг с другом, одно и вовсе соскочило с карты, за ним второе, третье… Лицо Дарры залила смертельная бледность, он бессильно уронил руку, пошатнулся, и Саймон, привстав с постели, поспешно схватил его за плечо.
Дарра тут же выпрямился, осторожно и бережно отстранил руку Саймона и принялся собирать шпильки, затем неспешно свернул карту, положил то и другое на столик у изголовья и, наконец, присел на краешек кровати.
– Так что это было-то?! – тут же выпалил Саймон, и Айлин честно им восхитилась: видно же, что лопается от любопытства, но ведь терпел!
– Саймон… – вздохнул Дарра, и Айлин уже совсем поверила, что сейчас прозвучит привычное «ты излишне тороплив», но Аранвен вдруг проговорил резким и ясным голосом, словно объяснял очередной параграф учебника: – Это было композитное поисковое заклинание. Десять шпилек составляют универсальный поисковый артефакт. На каждой из них установлен маяк, а пять или более перьев, объединенные и активированные заклятием, указывают на одно потерянное. Чем больше перьев, тем точнее результат. Девять же шпилек должны были указать место, где находится последнее перо, с точностью до мили. Должны были указать… – повторил он почти беззвучно, и в его голосе Айлин явственно расслышала отчаяние.
– Так ты пытался найти Айлин? И не сказал мне сразу?! – вскинулся Саймон и вдруг замер в точности так же, как и она сама.
Кажется, полный смысл слов Дарры они поняли одновременно!
– Ты… Ты что, повесил на нас следилки?! На всех? И когда ты собирался мне об этом сказать?! – выдохнул Саймон с тем же возмущением, что вскипело в жилах Айлин.
Она подалась ближе, искренне жалея, что это лишь сон и друзья ее не видят. Ух, она бы сейчас высказала, что об этом думает!
Дарра же ответил Саймону искренне недоумевающим взглядом и поинтересовался:
– А зачем тебе было об этом знать?
Саймон вытаращил на него глаза, клокочуще выдохнул что-то, явно неподобающее лорду, а Дарра едва заметно пожал плечами и безмятежно уточнил:
– Смею надеяться, ты достаточно мне доверяешь? Маяки нужны лишь для того, чтобы Вороны могли прийти на помощь друг другу. Неужели ты полагаешь, что, если бы все знали о заклятии, милая Айлин не оставила бы шпильку в Академии?
– Да она и вовсе не стала бы ее носить! – сердито фыркнул Саймон. – И остальные – тоже! Значит… значит, им ты тоже не скажешь?!
– А зачем им об этом знать? – едва заметно вскинул брови Дарра. – Саймон, дай себе труд подумать и признай, что шанс на спасение стоит того, чтобы носить маяки.
– Ну… возможно, – нехотя проворчал Саймон, глядя на Дарру по-прежнему недовольно. – Ладно, тебе-то я доверяю! Но все равно это как-то… Нечестно это! Как тебе такое только в голову пришло?! Погоди… так ты… и перья заказал только ради этого?!
На все еще жутковато-бледном лице Дарры мелькнула болезненная улыбка.
– Не совсем, – проговорил он так тихо, что Саймон, окончательно позабыв обиду, подался вперед, а Айлин затаила дыхание, чтобы не пропустить ни звука. – Сначала я действительно хотел просто найти некий символ, объединяющий нас. Тебя, меня, остальных наших соучеников… Но пять лет назад кое-что случилось… После смерти лорда Ревенгара милая Айлин несколько… отдалилась от нас. Ты этого наверняка не заметил…
– Все я заметил! – оскорбленно фыркнул Саймон. – Но потом же это прошло!
Дарра чуть заметно нахмурился и дернул подбородком.
– Саймон, не перебивай. Я счел нужным понаблюдать за нашей подругой – исключительно в ее интересах! – и выяснил, что почти каждую ночь между полуночью и тремя часами она покидает свою комнату. К сожалению, узнать, где она бывает, мне не удалось. – Он чуть заметно сглотнул и добавил: – Хотя некоторые подозрения у меня имеются. Я надеялся, что милая Айлин доверяет нам настолько, чтобы рассказать о своих прогулках, но этого не случилось. Признаться, я беспокоился все сильнее. Девочка двенадцати лет, к тому же с таким… живым характером, не всегда может верно оценить последствия своих поступков. Тогда я поставил в коридоре девичьего крыла следящее заклятие, настроенное на нее. Однажды леди Айлин вернулась не одна. Разумеется, я счел нужным проверить…
Дарра перевел дыхание, провел рукой по лбу, словно успокаиваясь, и закончил:
– С ней был незнакомый мне юноша лет пятнадцати-шестнадцати. Дворянин, однако профан и столь непотребно пьяный, что едва мог идти сам. Леди Айлин была столь снисходительна к нему, что привела к себе в комнату…
– И ты ничего не сделал?! – потрясенно выдохнул Саймон, а Айлин почувствовала, как всю ее, от корней волос до пальцев ног, заливает мучительный стыд. Дарра видел их с Аластором?! Какое счастье, что это всего лишь сон! – Дарра, ты увидел это и вернулся в комнату?! И все?!
