– Второй? О, так был первый? – немедленно поймал его на слове Фарелли. – Они предложили тебе неприлично низкую цену?
– Они меня ограбить пытались, – фыркнул Аластор, сам удивляясь, что история, которой он еще недавно стыдился, вдруг показалась чуть ли не забавной.
Наверное, все дело в том, кому он ее расскажет. И Айлин, и Лу – друзья, которым он еще и не такое мог бы доверить. Вот ведь странно, всего какая-то пара недель, а этот пройдоха влез в его душу и жизнь всеми своими наглыми кошачьими лапами, словно Аластор с ним уже долгие годы знаком. Про Айлин и говорить нечего, но Лучано! Простолюдин, итлиец, шпион королевы и вдобавок подозрительный тип самого предосудительного для мужчины поведения! Но Аластор скорее повернулся бы спиной к нему, чем ко многим знакомым дворянам, соседям по поместью или столичным знакомым.
Он снова посмотрел на руку. Медные завитушки, похожие на рыжие локоны, и зеленый камень блеснули в свете костра весело и одобрительно. Как хорошо, что это кольцо выглядит так неброско и с ним не пришлось расставаться. Аластор дорожил своим перстнем наследника и относился к нему с почтением, которое полагается родовой реликвии, но отдать кольцо Айлин… Это было бы как часть самого себя отрезать!
– Лу, а ты останешься в Дорвенанте, если королева даст тебе обещанное? – спросил он вдруг то, о чем как-то задумался. И тут же усмехнулся. – Или это тоже не мое дело?
Ему показалось, что итлиец не то чтобы вздрогнул… Нет, не дернулся, но плечи застыли. Пожалуй, мало кто заметил бы, но Аластору язык тела преподавал бретер.
– Возможно! – пожал плечами Лу спустя пару мгновений. – Если ее величество будет очень довольна, то я получу не только деньги и титул, но и особняк в вашей прекрасной столице. С выездом, – улыбнулся он весело, но тоже чуть кривовато. – Но ты помнишь эти дурацкие бумаги? Фаррелл, ужас-то какой! Так что на титул мне лучше не претендовать, клянусь Претемной.
– Наемнику следует призывать Пресветлого Воина, – поддразнил его Аластор. – Это Айлин у нас…
И теперь осекся уже сам.
– А я не ленивый, – отшутился Лучано. – Почитаю и Пресветлого, и Творца Превращений, а уж как Всеблагую чту! М-м-м-м! – Он по-кошачьи зажмурился и тут же сам рассмеялся, а потом серьезно добавил: – Но в конце пути все мы ступим на порог владений Претемной, так что как же не выразить ей уважение?
– Кстати, об этом, – небрежно подхватил Аластор и протянул ему сложенный, но ничем не запечатанный листок. – Если завтра… В общем, если со мной что-нибудь случится, передай это моему отцу. Я бы попросил тебя, – виновато добавил он, повернувшись к Айлин, – но неизвестно, когда ты сможешь, а Лу никто задерживать не будет. Можешь показать это королеве, – снова сказал он итлийцу. – Там ровным счетом ничего тайного. И вообще, это… действительно на всякий случай! Кстати, я написал, чтобы отец помог тебе в случае необходимости, так что имей это в виду. Семья Вальдерон у тебя в долгу за… за все.
– Ал!
Щеки Айлин залила краска, она смотрела на него испуганно, и Аластор немедленно обозвал себя дурнем. Мог бы подождать, пока она уйдет купаться! Дело ведь и правда не в том, что он ей не доверяет, просто… Если он погибнет, Айлин и без того будет плохо из-за утраты дара, а еще это! Лучано все-таки мужчина, для него это проще. Да и не так они давно знакомы. Ну не взваливать же подобное на девушку!
– То есть ты хочешь сказать, друг мой Альс… – начал итлиец, разглядывая взятое письмо, словно нечто подозрительное и весьма опасное, – что в случае твоей смерти я должен прийти к твоему отцу и заявить этому достойному синьору, что не уберег его сына, но при этом прошу каких-то услуг? И меня не спустят с лестницы в самом лучшем случае, а о худшем случае даже думать не хочу?!
– Конечно нет! – поразился Аластор. – Мой отец воевал, он понимает, что из боя возвращаются не все. А у нас было достаточно драк, да и завтра неизвестно как получится у портала. Даже не сомневайся, он встретит тебя как моего боевого товарища и будет благодарен за все. Это же мой отец!
– Да, это весомый аргумент, – согласился Лучано все с тем же странно застывшим лицом. – Если вы с ним похожи… О да, я рискну поверить, что в ряду обычных благородных синьоров ваша семья выделяется… Но… Альс, друг мой, обещаю, завтра ты сам заберешь у меня это письмо за ненадобностью!
Он ослепительно улыбнулся и бережно сунул письмо куда-то за отворот куртки, поближе к своим драгоценным метательным ножам. А Айлин поднялась и сказала:
– Пойду я искупаюсь, господа. Лу, оставь мой шамьет на углях, чтобы был теплым, хорошо? А ужинать я не буду, что-то не хочется.
