«Она не знает, что это Невилл? – удивилась Гермиона и запоздало подумала, что бабушка как раз и могла сказать внуку всё то, о чём упоминал Родольфус, и тем самым определить его дальнейшую судьбу. – Хорошо, что сначала мы, а потом Кингсли объяснили Невиллу, как это выглядит на самом деле».
- Тебе удовольствия такого рода должны быть особенно близки, - продолжала изгаляться старая ведьма.
Лестрейндж, к облегчению Гермионы, промолчал и в этот раз.
- А может, это твоя жена? Ходят слухи…
- Августа! – осуждающе покачал головой Аберфорт.
Старуха даже не взглянула в его сторону.
-…что в последнее время она уделяет тебе слишком мало внимания.
«Хоть бы он промолчал,» - подумала Гермиона. Но Лестрейндж заговорил.
- Да, эти слухи имеют под собой основание. К моему большому сожалению, наш брак распался. Случается. Не я первый, не я последний. Моя жена предпочла мне другого… волшебника, и отнюдь не первого встречного. Это её право и её выбор, который я уважаю, не понимаю только, почему наша частная жизнь вызывает столь пристальный интерес магического сообщества. Но если им больше говорить не о чём, - Родольфус пожал плечами, - пусть строят домыслы и обсасывают воображаемые подробности. Могу лишь посочувствовать столь скудной эмоциональной жизни.
Эту тираду он выдал на удивление спокойным, почти равнодушным тоном, лишь окаменевшие мышцы спины, подёргивающееся веко и побелевшие костяшки пальцев, которыми он вцепился в край койки, выдавали, чего на самом деле стоило Лестрейнджу это спокойствие.
Кингсли неопределённо хмыкнул и, как показалось Гермионе, взглянул на Родольфуса с уважением. Аберфорт, если и был возмущён, то скорее выпадом старухи, нежели ответом Лестрейнджа. Лицо Колдмана оставалось непроницаемым. Невилл покраснел и, судя по его виду, мечтал провалиться сквозь землю или исчезнуть отсюда любым другим способом.
- Два скорпиона не ужились в одной банке, - покивала головой старуха. – Что ж, это неудивительно.
«Что бы Родольфус ни сказал, она лишь очередной раз его оскорбит и постарается вывести из равновесия».
По-видимому, Лестрейндж тоже это понял и отвечать не стал.
- Бедный Родольфус, тебе никогда не везло с женщинами.
«Она вообще уймётся?» - Гермиона гневно взглянула на Невилла. Тот ответил ей несчастным взглядом, говорившим «а что я могу сделать?».
- Не знаю, что вы имеете в виду, миссис Лонгботтом, но в моей жизни была только одна женщина – моя жена, и с ней мне сказочно повезло, чем бы ни закончились наши отношения, - выдержка начала изменять Лестрейнджу.
«Сейчас она поймёт, что добиться его реакции гораздо проще, оскорбляя Беллатрикс, а не его самого».
В коридоре за дверью послышалась какая-то возня. Колдман взглянул туда и слегка нахмурился.
- Может, дверь прикрыть? - спросил Кингсли.
- Отчего же? Тут столько народа, - отмахнулась старуха. – Свежий воздух не помешает. Не так будет тянуть мертвечиной.
- Это всё-таки больничная палата. Колдман, не хотите навести порядок? – возмутился Аберфорт.
Колдман снова никак не отреагировал. Гермиона попыталась вскочить, но Кингсли пригвоздил её к месту.
- Сделаешь ещё хуже, - прошептал он.
- Только твоя жена, - насмешливо повторила старуха. – А как же Алиса?
«Молчи, молчи, молчи, пожалуйста, не отвечай ей!» - взмолилась про себя девушка, догадавшись, что замыслила старая ведьма.
К сожалению, Родольфус не заметил ловушки и проглотил наживку.
- С Алисой Пурсоул мы всегда были просто друзьями, - начал он и тут же осёкся. Но было поздно.
- Друзьями, - издевательски протянула старуха. – Что ж, очевидно, именно так Пожиратели понимают дружбу. Ты, девочка, - она ткнула костлявым пальцем в Гермиону, - ты тоже у него в друзьях, да?
Гермиона, разрываясь между желанием утвердительно ответить ведьме и страхом ещё больше навредить Родольфусу, замешкалась с ответом.
- Ты, конечно, вольна дружить с кем угодно, - краем глаза Гермиона заметила, что Кингсли придерживает Лестрейнджа за горло, не давая тому ни встать, ни открыть рот , - но имей в виду – друзья Пожирателей кончают очень плохо, и сейчас ты в этом убедишься. Родольфус, - переключилась она на Лестрейнджа, - поздоровайся со своей… подругой.
Один из авроров, стороживших палату, ввёл худую, измождённую женщину с измученным лицом и седыми волосами, торчащими клочьями.
========== Часть 23 ==========
Глава 23
Глаза Лестрейнджа расширились, лицо побелело, вывернувшись из рук Кингсли, он вскочил и с ужасом смотрел на возникший перед ним призрак - только так можно было назвать это несчастное существо, ничем не походившее на смеющуюся девушку с фотографии.
- Августа, это слишком! – возмутился Дамблдор.
- Что ты делаешь, бабушка! – пронзительно вскрикнул Невилл.
Даже с Колдмана разом слетела его привычная невозмутимость.
- Миссис Лонгботтом, вы перешли все границы! Кто вам позволил это самоуправство?
Старуха, ни на кого не обращая внимания, наслаждалась произведенным эффектом.
Алиса Лонгботтом никак не реагировала на произведенный ею переполох.
- Невилл, отведи мать в её палату, - распорядился Колдман.
Мальчик подошёл к женщине и осторожно взял её под локоть.
