- Я в порядке, - глухо возразил Родольфус.
- Здесь я решаю, кто в порядке, а кто нет! – взорвался Колдман и, подойдя к старухе, наклонился к ней с угрожающим видом.
- Миссис Лонгботтом, если ещё раз вы позволите себе что-то подобное, я клянусь – вы больше не переступите порога этой больницы. Все новости будете узнавать от Невилла, но вас я сюда не впущу.
- Когда Алиса исчезла почти сразу после Фрэнка, Невилла нашли одного в поместье Пурсоулов, - проигнорировав медика, задумчиво произнесла старуха. – Мы были уверены, что это кто-то из них переправил его туда, чтобы спасти.
- Родольфус, - снова обратилась она к Лестрейнджу, но сейчас в её голосе не было той жгучей ненависти, которая ощущалась почти физически в начале её визита, - что там произошло? Как Невилл оказался у своего деда?
Лестрейндж по-прежнему сидел, опустив голову. Вернувшийся Невилл ткнул ему в руку стакан с микстурой. Родольфус взял его трясущимися руками, половину выплеснув на себя.
- В порядке он, - зло бросил Колдман.
- Родольфус, - снова требовательно обратилась старуха.
- Какая теперь разница, - наконец, произнёс тот срывающимся голосом. – Всё равно ничего уже ни изменить, ни исправить. Невилл жив, Алиса и Фрэнк… - он замолчал.
- Ты и твоя семья провели четырнадцать лет в Азкабане, - подхватил Аберфорт. – Родольфус, может, пришло время рассказать, что же случилось там на самом деле? Да, ничего ни изменить, ни исправить, но Невилл и Августа имеют право знать правду. Им это нужно.
- Вы действительно так считаете, Аберфорт? – Робардсу, очевидно, надоело стоять в коридоре. – Вы думаете, мальчику и старой женщине нужны подробности издевательств и пыток?
При появлении Робардса Кингсли снова навис над Лестрейнджем, но Родольфус был слишком обессилен.
- Гавейн, я сама в состоянии решить, что мне нужно, а чего не нужно, - отрезала старуха, мгновенно превращаясь в ведьму, затем снова повернулась к Лестрейнджу. – Родольфус, я прошу тебя, расскажи, наконец, что на самом деле произошло с моим сыном и невесткой.
- Хорошо, - у Лестрейнджа больше не было сил сопротивляться. – Мне нужна палочка.
- А больше тебе ничего не нужно? – ухмыльнулся Робардс.
Кингсли молча протянул Лестрейнджу палочку. Родольфус прикоснулся к виску. На конце палочки затрепетала серебристая нить.
- Смотрите, - устало произнёс Лестрейндж и закрыл глаза.
========== Часть 24 ==========
Глава 24
- Братец вернулся! – обрадовался Рабастан – Долго тебя не было, мы уже волноваться начали.
- Мы? – уточнил Родольфус.
- Ну-у-у… Твоя жена волнуется лишь о том, куда подевался его Темнейшество.
- Басти, не болтай лишнего. – Родольфус без сил плюхнулся на продавленный стул и устало закрыл глаза. Он выглядел очень странно – в затрапезном свитере и рваных джинсах, заросший бородой почти до самых глаз, волосы всклокочены, правая щека расцарапана, на скуле синяк, у виска запеклась кровь. Но, надо сказать, прекрасно гармонировал с окружающей обстановкой – убогая хибара с грязной, поломанной мебелью, с дырявой крышей, через которую ночью романтично светили звёзды, но очень неромантично шёл дождь. Рабастан выглядел под стать брату, разве что свитер был новее, а джинсы целыми.
- Ты что-то узнал?
Лестрейндж открыл глаза и невольно залюбовался. Его жена даже среди этого убожества выглядела королевой в изгнании, грозной, непокорной и ослепительно прекрасной.
- Дольф, ты меня слышишь? Ты видел его? Он что-то знает? Он поможет нам?
- Видел. Ничего он не знает и помогать нам не будет. За ним следит Министерство, он до сих пор под подозрением у авроров, ему не доверяют и у него маленький ребёнок. Вот всё, что он мне сказал.
- Предатель! Предатель и жалкий трус! Когда Повелитель вернётся, ему придётся ответить!
- Роди, ты ранен? – с тревогой спросил Рабастан.
- Немного зацепило. Меня ждали. В Гринготтсе всё прошло спокойно, гоблины в наши игры не играют, а вот на выходе меня поджидали. Спасибо Брашу, помог отбиться.
- А он?
- Остался там. Не знаю, уцелел ли. Было жарко. Заклятия так и летали.
- Жаль, - расстроился Рабастан. – Я к нему привык.
- И мне жаль.
- Вы что, оба с ума сошли? Домашнего эльфа оплакивают. До такого не каждый предатель крови додумается, - возмутилась Беллатрикс.
Родольфус выложил на стол небольшой мешочек.
- Это все наши деньги. В Гринготтс теперь соваться слишком опасно, а Малфой нам не поможет. Да, а это тебе, - он протянул брату небольшой свёрток. Тот засиял.
- Ты что, в Косой переулок за бумагой заходил? – с отвращением спросила Беллатрикс.
- Нет, конечно. У гоблинов попросил, в Гринготтсе этого добра хватает.
- Представляю, что они о тебе подумали.
- Наша семья отваливает им кучу денег не первое столетие, так что думать они могут всё, что угодно, но принесли по первому слову.
Рабастан, примостившись в углу, вытащил из стопки бумаги, оказавшеся в свёртке, несколько листов и что-то лихорадочно набрасывал. Родольфус с улыбкой посмотрел на него, потом встал и повернулся к жене.
