- Я знаю! Отец сказал, что хотел бы переговорить с Фрэнком, а Робардс ответил, что сегодня не получится, Фрэнк уйдёт раньше, потому что у них с женой ребёнок заболел и она сама не справляется, а по дороге зайдёт в лавку Тутса за микстурой. Где-то по дороге его можно перехватить.
- Так, может, сам и перехватишь, если ты такой умный?
- Родольфус, ты что, боишься? – в Беллатрикс слышалось откровенное презрение.
- Белла, Роди только что вернулся, он выдержал схватку, он ранен, - вмешался Рабастан.
- И он оплакивает вашего домашнего эльфа, ха-ха-ха!
- Оплакивает домашнего эльфа? – вытаращился Крауч.
- Всё, я пошёл! – Родольфус аппарировал.
Ждать пришлось недолго. Сумерки только начали сгущаться, когда Фрэнк Лонгботтом появился у лавки герболога. Через стекло Лестрейндж наблюдал, как аптекарь протянул ему мутно-зелёную бутылочку, Фрэнк взял её, рассчитался и вышел. Когда он свернул с оживлённой улицы в узкий проулок, Родольфус отделился от стены и шагнул ему навстречу. Лонгботтом выхватил палочку, но, встретившись с ним взглядом, почему-то на секунду замешкался и Лестрейндж не упустил своего шанса.
- Петрификус Тоталус!
Фрэнк рухнул ему на руки. Подхватив его, Родольфус вернулся обратно и швырнул под ноги Белле неподвижное тело.
- Вот он. Выясняйте. Я вам только звукопоглощающие чары поставлю, чтобы какой-то ненароком забредший маггл не заинтересовался, что тут происходит. Ну и мне чтоб дали поспать.
- А ты разве к нам не присоединишься? – спросил мальчишка.
- Я почти сутки на ногах, без меня справитесь, - злобно рявкнул Лестрейндж.
- Чего это он? – поинтересовался Крауч у Беллы.
- Наследника хочет, - промурлыкала та, уже предвкушая любимое занятие.
Родольфус с огромным трудом подавил желание изо всех сил грохнуть дверью, так как от подобного удара их хибара рисковала полностью развалиться. В спальне он, не раздеваясь, улёгся на постель и тут же заснул.
Проснулся от яркого солнечного света, бившего в глаза через дырявую крышу.
- Это ж сколько я проспал?
- Четырнадцать часов, - раздался над головой какой-то замороженно-отрешённый голос брата.
Родольфус потёр глаза.
- Да, устал. Накопилось. Белла давно встала?
Рабастан истерично засмеялся.
- А она и не ложилась. Они всё ещё там… развлекаются.
Родольфус, уже полностью отойдя от сна, вспомнил все события вчерашнего вечера.
- Он что-то сказал?
- Ничего. Кажется, ты был прав, ничерта он не знает. Он вообще сначала не понимал, чего мы от него хотим.
- А сейчас?
- А сейчас уже просто ничего не понимает. Роди, там… там ад. И я не знаю, кто в этом аду верховный демон – твоя жена или этот сопляк.
- Ты там зачем торчал?
Рабастан не ответил. Родольфус пошарил вокруг себя, вытащил смятый листок бумаги и ткнул брату.
- Рисуй.
- -Я…
- Рисуй, я сказал!
Рабастан послушно зачиркал по бумаге. Родольфус знал, что с раннего детства это был лучший способ успокоить брата.
- Роди, а ты серьёзно насчёт наследника? – спросил тот через несколько минут, когда его дыхание выровнялось, а глаза приобрели более осмысленное выражение.
- Конечно. И так затянули. А тебе-то что?
- Ничего, просто хотелось бы, чтобы наследник рода Лестрейнджей был нормальным.
- Рабастан, ты говоришь о моей жене!
- Родольфус, я говорю о твоей жене правду. Она не в себе.
- Так, хватит. Ты устал. Давай я тебя лучше к матери переправлю, там успокоишься, отдохнёшь, выбросишь это всё из головы. А потом и наследника вам пришлю, Белла, как мы оба понимаем, навряд ли будет возиться с младенцем, это не Нарцисса, которая в сыне души не чает.
- Ага, у неё более насущные задачи – искать его Темнейшество.
Родольфус нахмурился.
- Ладно, братик, не занудствуй. А хочешь, я тебе подарю наследника прямо сейчас?
Рабастан схватил новый лист и несколькими уверенными линиями очень похоже изобразил Родольфуса, держащего за руку мальчика с таким же мрачно-упрямым выражением лица.
- Давай ещё одного, для страховки?
Рядом появилась фигурка поменьше.
- И ещё…
Ты будешь жить на свете десять раз,
Десятикратно в детях повторённый,
И вправе будешь в свой последний час
Торжествовать над смертью покорённой.
Ты слишком щедро одарен судьбой,
Чтоб совершенство умерло с тобой,
- дурашливо продекламировал он, быстро набросав двух близнецов, сидящих на плечах Родольфуса
- Хватит, - засмеялся тот, - мне бы с этими справиться.
- Э, нет, мы про девочек забыли, сейчас организую тебе пару юных красоток…
Страшный крик, перешедший в утробный вой, в котором не осталось уже ничего человеческого, оборвал его. Братья вздрогнули, карандаш в руках Рабастана сломался, острый обломок пробил и разорвал рисунок.
- Когда же это кончится… Роди, - он вскинул на брата умоляющие глаза, - я больше не могу. Это немыслимо!
- Сиди здесь, я посмотрю, что там у них.
Родольфус шагнул к двери.
- Роди, - остановил его Рабастан. – Крауч сказал, что ты тоже пытаешь, как они.
Это даже не было вопросом. Родольфус зло стиснул зубы и присел около брата.
- Басти, это в прошлом. Когда-то я принял неверное решение. Был зол, хотел быть как все.. круче всех. Но давно положил этому конец. Я воин, а не палач, как и все Лестрейнджи.
Рабастан ничего не ответил.
