— Попробуй рассмотреть это в реальной перспективе, — продолжал между тем Авнер, стремясь побыстрее изложить свою точку зрения. — Вы просто часть ваших же собственных денег получаете назад. Разве палестинцы не вынуждают вас платить за обучение, за оружие? Вы платите слишком много. Вы преследуете одни и те же революционные цели, но они тем не менее платить заставляют вас. И вот теперь вы получаете возможность часть этих сумм потратить на нужды вашего собственного дела. Ведь не для себя лично ты берешь эти деньги. Ивонне ведь не нужны меха.
Ссылка на Ивонну была хорошим ходом. Ясно, что в ее отношениях с Андреасом не было никакой материальной заинтересованности. Соблазнить ее драгоценностями или мехами никому бы не удалось. Чем же тогда? Что в мужчине могло ей импонировать?
Авнер считал, что все женщины ждут чего-то особенного от мужчин, с которыми они связали свою жизнь. Для Ивонны этим особенным были, по-видимому, революционные идеи и романтизм подполья. Понимала ли она, сколько денег требуется тому, кто взялся сыграть эту роль? И что с ним будет потом, когда деньги кончатся?
Андреас это знал. И смеяться перестал.
— Ты не любитель, дружище, — сказал он. — Ты не торгуешь кожаными изделиями в Лихтенштейне.
— Я — любитель, — ответил Авнер. — Время от времени я торгую информацией. Информация — это деньги. За нее платят. Все дело в том, что я могу ее перепродать дороже. И это все.
Это прозвучало вполне вразумительно.
— И вот еще что, — продолжал Авнер, — мы старые друзья. Ты сам это неустанно повторяешь. Я ничего не сделаю такого, что тебе повредит. Учти, что кое-какими сведениями я уже располагаю.
И это тоже звучало правдоподобно. И угрожающе.
— Поверь, если бы я и хотел пойти тебе навстречу, — сказал Андреас, — во Франкфурте я никого не знаю. — И он стал протирать своим батистовым платком очки. — Тебе нужен Тони, но он в Риме.
— Рим? Ты сказал Рим? — переспросил Авнер. Дело было в шляпе. Можно сказать, с того момента, как Андреас начал протирать свои очки. — Организуй это для меня.
30 октября утром они вылетели в Рим. Там, взяв напрокат машину, они доехали только до местечка Фьюмичино, в нескольких милях от аэропорта и зашли в маленькую тратторию недалеко от виа Моло ди Леванте. Из окна Авнер видел чаек — шумной статей они кружили над морем и ныряли, выискивая в воде отбросы.
Едва Авнер и Андреас успели покончить с первой кружкой пива, как к их столу подошел небольшого роста молодой человек. Он был в светлом помятом костюме, в куртке, при галстуке, плащ он перекинул через плечо. Когда он приблизился, Авнер разглядел его лицо — белое и одутловатое, глаза и волосы темные. По виду — заведующий конторой на какой-нибудь фабрике. Выглядит старше своих, видимо, три пяти лет.
— Привет, Тони, — сказал Андреас.
Тони улыбнулся, кивнул и сел за их столик. На Авнера он кинул быстрый взгляд, вполне нейтральный, без всякой враждебности, но и не особенно дружественный.
Прежде чем он заговорил, Авнер уже понял, что Тони — первый шаг к успеху. Было ясно, что Тони, независимо от того, окажется ли он ему, Авнеру, полезным, — принадлежит к людям особой категории.
— Вы уже сделали заказ? — спросил он. — По-английски он говорил свободно, но с сильным итальянским акцентом. — Я страшно проголодался…
Он изучил меню и сделал заказ. Внимательно просмотрел перечень вин. От Авнера не укрылось, что у него уже намечалось брюшко. Глаза смотрели умно и насмешливо. Тони не лицедействовал, держался просто.
— Авнер — мой друг, тот самый, о котором я с вами разговаривал по телефону, — сказал Андреас после того, как официант принес им еду. — Один из наших, разумеется. У него есть кое-какие вопросы.
— Я слушаю, — сказал Тони. Он начал есть, не торопясь и с явным удовольствием. — Арабы сейчас стали невероятно активны. Они усиленно занимаются вербовкой и прочими делами. Особенно один человек.
Авнер почувствовал, что от изумления язык присох у него к небу. Тони кинул на него короткий взгляд и слегка наклонил голову, точно спрашивая: «это и есть то, что вас интересовало?» Так оно и было. Имело смысл отвечать этому человеку столь же откровенно.
— Как его имя? — спросил он.
Тони притронулся салфеткой к углам рта и отложил ее в сторону.
— Это звучит уже по-деловому.
После небольшой паузы Андреас, взглянув на Авнера, произнес:
— Послушайте меня, Тони, деньги я гарантирую. Об этом не беспокойтесь. Но Авнер должен быть уверен, что ваша информация представляет интерес для него. Справедливо?
Пока Андреас говорил, Тони не спускал глаз с Авнера. Затем кивнул:
— Звайтер, — быстро сказал он. — Имя этого человека Звайтер. — Он сказал это скороговоркой, так что понять его мог только тот, кому это имя было уже знакомо.
— Ваель Звайтер, — отозвался Авнер без промедления и тоже скороговоркой, точно пароль.
Собственно, это имя для него паролем и было. Один из тех, кого они называли «легким», оказался в Риме, на месте. Четвертый по порядку в списке Эфраима. Было совершенно ясно, что Тони — это как раз тот, кто ему был нужен.
Тони тоже это понял. Он отхлебнул немного вина и спросил Авнера:
