Он поднял кубок со дна, вылил из него воду и наполнил вином. Протянул мне. Трясущимися руками я обхватила ножку бокала и решилась посмотреть в лицо бастарда. Спокойное и безмятежное без толики иронии или лжи. Я вглядывалась в его глаза, пытаясь найти подвох, но не видела ничего, кроме серьезности намерений. Черный Дракон сошел с ума! Он просто лишился разума, если решил связать свою судьбу с той, что жаждет всадить ему нож в спину! С той, в жилах которой больше не течет кровь дракона! С обычной обозленной на весь мир женщиной! Я никогда не стану для него примерной супругой, никогда не захочу родить ему детей. Даже мерзавец Фаркас больше подходил на роль моего мужа. Как же мне хотелось сказать Лориану, что его смерть стала бы лучшим подарком и искуплением всех грехов, но промолчала. Я боялась потерять нашу хрупкую связь и цеплялась за тонкую нить, что могла привести меня к пророчеству.
Чтобы собраться силами для ответа, я залпом осушила кубок и поставила его на бортик купели.
— Если тебе нужна жена, то выбери другую. Я не подхожу на эту роль. Мне скоро умирать, Лориан, я не подвергну свой род проклятию Аорелии. Это мой долг перед семьей и я его исполню.
— Глупая, — улыбнулся он. — Я не позволю тебе умереть.
Его шепот ласкал слух и казался далеким шелестом листвы. Мне захотелось забыть все то, что было и почувствовать себя любимой, желанной, единственной. Пусть все это всего лишь фарс, но лучше, чем совсем ничего. Я сама потянулась к нему. Мне так захотелось тепла и как же жаль, что найти его я могла лишь в объятиях врага.
Лориан принял меня, прижал к себе так крепко, что дыхание перехватило. И почему в объятиях ненавистного мужчины я чувствовала себя защищенной? Так странно, глупо, страшно. Я не узнавала саму себя. Мое тело мне больше не принадлежало. Оно отзывалось на ласки Лориана и жаждало любви и нежности, которые может дать только он. Только мой первый и единственный мужчина. Когда-то я любила его, смотрела в его глаза и мечтала стать его женой, стать счастливой рядом с ним. Но сама все испортила. Сама сделала тот роковой жест. И пусть Лориан наказал меня за это, но в душе я сама не могла себя простить. Я сломала ему жизнь. Я сделала из него чудовище. Я сама стала чудовищем, которое просит крови. Сейчас, перебирая пальцами его волосы, касаясь мощного торса, прижимаясь к горячей коже, я понимала, что хочу все забыть и простить. Просто отдаться порыву души и не вспоминать о том, что должна думать о своем роде. Думать о тех, кто никогда меня не любил. Об отце, который после смерти Йона перестал меня замечать, о матери, которая сейчас думает только о малыше. Я никому не нужна в этом мире! И слова Лориана о том, что он не даст мне умереть, грели душу. Сейчас я чувствовала себя нужной, хотя не понимала, зачем и почему.
Он провел ладонью по изгибу моей талии и задержался на груди, ощупывая ее нежно и трепетно. Я посмотрела в его подернутые страстью глаза и растворилась в их глубоком омуте. Припала к теплым и влажным губам, отдалась чувствам целиком. Его прерывистое дыхание сливалось с моим. Мы дышали одним воздухом и задыхались от близости, которой мне так сейчас хотелось! Я без стеснения касалась напряженного живота мужчины, скользя рукой все ниже, ощущая горячую воду, что вскипала от наших ласк. Нащупала твердый огромный орган и провела пальцами по шиповатой головке. Лориан до боли стиснул мои ягодицы руками и посадил меня на себя сверху. Заключил лицо в ладони и прошептал:
— Солара, будь моей. Я больше никогда тебя не обижу.
— Сейчас я твоя, Лориан, — ответила я и коснулась его губ. Мне не хотелось говорить. Я не хотела думать. Я просто хотела раствориться в наслаждении, что он мне дарил. Ощутить его внутри себя и получить долгожданное высвобождение тех чувств, что комком скопились внизу живота.
Он томительно медленно, сантиметр за сантиметром протискивался в мое нутро. Боль от вторжения казалась естественной и приятной. Я пыталась поскорее вместить его горячую плоть, но Лориан останавливал меня, покрывая плечи и грудь страстными поцелуями. Я откинулась назад, доверившись его умелым рукам, и закрыла глаза, ощущая, как его руки и губы синхронно терзают мою кожу. Мышцы между моих ног сжимались в экстазе. Я старалась насадиться на его орудие до упора, но Лориан не позволял. Издевался, мучил, терзал до тех пор, пока я не обезумела и не вцепилась в его плечи ногтями. Я посмотрела на него требовательно, но наткнулась на легкую улыбку. Он понял, к чему я стремлюсь и играл со мной. Дразнил, оттягивая момент истинного удовольствия. Я впилась ногтями в его шею, пытаясь немного придушить, а он лишь больше распалялся и отталкивал меня, не входя на полную длину. Я злилась, подаваясь вперед, но он с легкостью удерживал меня за талию на месте. И тогда я оттолкнулась от него и облокотилась спиной о противоположный бортик купели. Скрестила ноги и улыбнулась. Теперь мой ход в этой игре полов. Пусть теперь попробует взять меня силой.
