– Уже рассвело? – Плотные шторы не пропускали свет.
– Нет. – Он отпустил меня и поднялся. – А может, ты проголодалась или хочешь пить? – Осторожно, словно боясь отпугнуть, Нексор заправил прядь моих волос за ухо.
– Нет, благодарю. – Я отступила, хотя на самом деле хотелось прильнуть к нему. Несмотря на все то, что мне пару минут назад показала палочка.
Сверкнув глазами, Нексор опустил взгляд на мои губы. Конечно, он почувствовал. Мое желание близости с ним и отвращение в равной степени. Если мы сейчас прикоснемся друг к другу, он никогда не узнает, кому предназначены мои ласки. Ему или Николаю.
– Прости, – выдохнула я.
– Не надо извиняться, – прошептал он. – Я терпелив.
В этом качестве ему действительно не откажешь. Подавив улыбку, я встала на цыпочки и поцеловала его.
Это был незапланированный поцелуй. Я сделала это не для того, чтобы отвлечь от своего поступка и от предательства, которое совершила по отношению к нему. Это был поцелуй, которого я хотела. Так же сильно, как и он. Можно ли осуждать меня за это? Да, однозначно. Но мне было все равно. У Нексора перехватило дыхание, и в тот же миг он заключил меня в объятия. Не властные, как я могла бы предположить, а просто чтобы меня удержать. Мои губы встретились с его приоткрытым ртом. Я ощутила вкус сладкого меда, теплого ночного воздуха и холодного железа. Позже я пожалею об этом, и все мысли покинули меня, когда он углубил поцелуй. Его язык танцевал с моим, искал, словно хотел сказать мне все, что не мог выразить словами. Его пальцы скользнули по моей спине, и он притянул меня ближе. Осторожно, готовый сразу же отпустить, если я почувствую, что это слишком. Я положила руки ему на грудь, понимая, что это безумие. Но горящая внутри меня страсть отчаянно требовала удовлетворения. Нексор издал грубый, горловой звук, который завибрировал внутри меня. Он не сможет долго себя контролировать. Эта мысль привела меня в чувство, и я осторожно отстранилась. Его глаза блестели, как расплавленный металл. Колдун провел большим пальцем по моей нижней губе, которая наверняка распухла. Он выглядел так, будто хотел поглотить меня всю, без остатка, но не стал этого делать. И не сделает без моего разрешения. Игнорируя покалывание в животе и бешеное биение сердца, я отвернулась.
Когда я вернулась к постели, оттуда на меня широко раскрытыми глазами смотрел Дариан. Как много мальчик успел увидеть и как много из этого понял? Только поцелуй или то, как я дотронулась до палочки, тоже? Я едва заметно качнула головой, и он снова закрыл глаза.
– В этой крепости холоднее, чем мне помнилось. – Нексор встал рядом со мной и приподнял одеяло. – Мы не задержимся здесь дольше, чем необходимо. Завтра посмотрим, удастся ли найти что-нибудь из твоих вещей из той жизни, а после вернемся домой.
– Разве это не твой дом? – Я забралась под одеяло и позволила ему накинуть его на себя.
– Мой дом там, где ты. – Он оперся руками по обе стороны от моей головы. – Ты думала, что я хочу запереть тебя здесь, но это не так. Я всего лишь стремился создать для тебя безопасное место. У тебя было много врагов.
Которых я нажила сама. Потому что в начале своего правления вела войны, а позже, перед смертью, пожелала, чтобы меня во что бы то ни стало запомнили миротворицей. И чем слабее я становилась, тем сильнее росла его потребность решать все за меня, так как он не соглашался с тем, что невозможно контролировать все. Что есть вещи, которые находятся в руках Великой Богини, а не в наших.
Взгляд серебряных глаз остановился на моих губах, и я поняла, что ошибалась. Нексор не давил на меня, потому что он уже не тот мужчина, которым был тогда. Все это время его душа накапливала опыт, как хороший, так и плохой, и училась на нем. И тем не менее для него и для меня уже слишком поздно. Как бы части моей души ни хотелось, чтобы это было не так. Я закрыла глаза, потому что оказалось слишком больно смотреть на него, когда он вот так обнажал передо мной свои чувства. Его губы коснулись моего лба, и я проглотила судорожный вздох.
– Приятных снов, Валеа. – Колдун погладил меня по волосам. Мгновение спустя я услышала, как хлопнула дверь.
Он никогда не называл меня Эстерой. Когда Нексор смирился с тем, что я больше не его любимая королева? Или же он не делал этого только потому, что так проще мне?
