Когда избитую и окровавленную Сайлорен с закрученными за спину руками потащили к выходу из ангара, Дарт Вейдер, наблюдавший всю эту сцену, протянул руку. Меч Сайлорен, послушный его воле, скользнул в раскрытую ладонь в черной перчатке. Опять... не прошло и месяца. Солдаты бросили пленницу к ногам своего командира. Она медленно подняла голову и посмотрела на него из-под растрепавшихся, слипшихся от пота и крови черных волос. Взгляд не фокусировался. Ситх наклонился к ней и взял девушку за подбородок.
- Ты разочаровала повелителя своей непокорностью, Сайлорен. Он считает, что тебе пора вспомнить своё место. И уж поверь, ты научишься повиноваться. Если выживешь...
1 глава.
- Ты разочаровала повелителя своей непокорностью, Сайлорен. Он считает, что тебе пора вспомнить своё место. И уж поверь, теперь ты научишься повиноваться. Если выживешь... Затем последовал удар по голове. Сайлорен упала и отключилась.
- Бросить её в карцер, скоро Владыка сам ею займется, - произнес Вейдер.
Двое штурмовиков подняли беспомощное, окровавленное тело девушки и унесли.
Сайлорен пришла в себя уже в карцере, скованная по рукам и ногам. Цепь наручников была перекинута через некое подобие крюка, так что вес тела приходился на запястья, и узкие стальные браслеты уже начали врезаться в кожу. Вокруг царил полумрак, воздух был пронизан мрачной безысходностью и отчаянием. Девушка явственно ощущала это. И, к своему ужасу, она не чувствовала Силу. Совсем! Словно её и не было никогда. Она не знала, сколько времени прошло. Во рту уже начало пересыхать, а руки и ноги налились тяжестью. Она пыталась, призвав Силу, снять или разорвать путы, злилась, концентрировала в Силу свою злобу и ненависть -- как учил её когда-то Палпатин. Но тщетно... и это повергало в ужас. Ей оставалось лишь висеть и ждать, когда за ней придут. И гнать прочь мысли о том, что за этим последует. Время стало словно паутина. Девушка не знала, сколько это длилось. А затем услышала звук открываемой двери.
12 часов назад. Тронный зал императора Палпатина на звездном линкоре Око Императора.
В зал вошел Дарт Вейдер и направился к императорскому трону. Приблизившись, он грузно опустился на одно колено и произнес:
- Учитель, вы меня звали?
- Да, мой ученик. Ты поймал джедайку с мальчишкой и нашу маленькую Сайлорен? - вкрадчиво спросил император.
- Владыка, Сайлорен помогла им бежать, но мы их ищем. Сама девчонка мной уже поймана. Сейчас я бросил её в специальный карцер для одаренных.
Вейдер заметил, как серая старческая рука сжала подлокотник трона, и понял, что Император разозлился. Разозлился всерьез. И теперь уже не на Сайлорен.
- Владыка Вейдер, вы меня разочаровываете. Сначала допустили побег принцессы и кражу секретных данных, благодаря которым была уничтожена Звезда Смерти, а сейчас... сейчас ты позволил джедайке и мальчишке уйти! А мальчишка очень одаренный, я ощутил в нем Силу. Ответь, как вчерашняя девчонка - недоучка могла тебя перехитрить? Нет, я определенно начинаю в тебе разочаровываться... - Дарт Сидиус произнес это с мягкой полуулыбкой, а затем, сжав левую руку в кулак, направил на Вейдера Силу, перекрывая доступ воздуха в аппарат искусственного дыхания, который находился в костюме ситха. Вейдер рухнул на пол. Подержав так своего ученика несколько мгновений, Император ослабил захват и позволил Вейдеру тяжело растянуться на полу.
Пока Вейдер силился подняться, Дарт Сидиус смотрел на него с задумчивой усмешкой. А затем медленно проговорил:
- Владыка Вейдер, проследите, чтобы девчонка дождалась моего прихода. Это под вашу ответственность. И займитесь беглецами. Всерьез займитесь. Это должно стать для вас приоритетной задачей. Вы меня поняли?
Кое-как встав на ноги, Дарт Вейдер медленно выпрямился, чтобы тут же вновь склониться в привычном поклоне.
- Все будет исполнено, как вы приказали, Владыка.
Затем он направился к выходу из тронного зала, и на самом пороге его настиг тихий, еле слышный голос Палпатина:
- Иногда я очень жалею, что взял тебя в ученики когда-то. Лучше бы оставил умирать на Мустафаре.
Дарт Вейдер ничем не показал, что услышал это. Только в душе поднялась застарелая ненависть к учителю. К тому, кто стал главной причиной всех его несчастий - его уродства, смерти его жены. С трудом скрыв это чувство, Вейдер вышел из тронного зала.
