Уже отчаявшись ждать, услышал шуршание за дверью. Кто-то тихо крался по коридору. У двери всё затихло. Затем дверь стала тихо открываться, заслоняя Хуана. Она не скрипнула, и Хуан подумал, что ещё вчера она скрипела. Хотел даже смазать, да забыл.
Тень человека осторожно прокралась к окну и выглянула в него. Хуан заметил, как тень молча махнула рукой один раз, потом ещё. И отошла к кроваткам, приглядываясь к ним и наклонив голову.
Треск за окном и звук упавшего заставил тень встрепенуться и выпрямиться. Хуан подскочил, сунул ствол пистолета в спину, прошипев в шею:
— Молчи, сволочь! Убью! Тихо ложись на пол!
Человек только хрюкнул и немедленно упал на пол. Хуан тюкнул по голове рукоятью пистолета и выглянул в окно. Зловещим шёпотом спросил:
— Что случилось? Тише ты! Лезь, я девок уже приготовил.
Пыхтя от злости и страха, другая тень осторожно полезла к окну. Когда половина туловища оказалась в окне. Хуан схватил человека за шиворот и с силой дёрнул на себя. Тот с руганью, скорее похожей на тихое кряхтение, упал на пол.
Уже вполне нормальным голосом. Хуан сказал, больно кольнув кинжалом в спину, не давая подняться:
— Лежать! Или кровь пущу, подонок! — И смачно выругался на родном языке.
Ловко забросил на шею шнурок, стянул его до хрипоты поверженного.
— Руки за спину! — дождавшись исполнения приказа, быстро обмотал запястья тем же шнуром. — Уф! Вспотел аж!
Концом шнура так же перевязал руки приходящего в сознание первого пленника. После устало привалился к кровати и без мыслей в голове отдыхал. Повернул голову на звук тихого барахтания, а затем услышал вопрос:
— Эй, сеньор! Что вы намерены делать с нами?
— Вот передохну и отволоку вас к речке, туда и сброшу. Пусть разбираются потом власти, — Хуан испытывал удовольствие от возможности расслабленно поиздеваться над пленниками. — А ты кто такой? Не сеньор Санчес ли?
— Откуда знаете, сеньор? Та стерва рассказала?
— Что за стерва? Никого не знаю под таким именем.
— Или этот, что лежит тут рядом?
Хуан не ответил, полагая, что спрашивающий Санчес подумает на Сиро. А поскольку Хуан не был уверен в этом, он поднялся, высек огонь и зажёг свечи в подсвечнике.
— Я не обманулся в своих расчётах. Сиро! Это определённо ты. Поздравляю!
— Сеньор, я не хотел! Это он меня принудил, уверяю вас!
— Я и не спорю. Конечно, принудил обещаниями дублонов. Или золотых песо? Интересно, во сколько он оценил твою помощь?
— Дон Хуан, я умоляю вас! Он меня заставил! Я не хотел этого!
— Не канючь, Сиро. Мне не интересно, что ты и сколько запросил за своё чёрное дело. Тебе плохо здесь жилось? Где ты найдёшь место лучше? Дурак!
— Дурак, сеньор, дурак! Простите!
Хуан обратился к Санчесу:
— Как там чувствует себя донья Габриэла? Сильно на меня злится?
— Этого она мне не говорила, — злобно отозвался Санчес.
— Понятно. Ладно, оставим Габриэлу в покое. Что же мне с вами делать?
— Отпустите нас, сеньор, и все дела, — нагло сказал Санчес.
— А потом что? Опять приедете по мою уже душу? Что-то это мне совсем не по душе. Надо тебя кончить. Да вот беда. Самому мне этого делать не хотелось бы. Сиро, — повернул Хуан голову к работнику. — Я дам тебе возможность сохранить жизнь. Ты должен убить своего подельника.
— И я буду жить, сеньор?
— Обещаю. Согласен?
— Даже с удовольствием, сеньор! Только дайте такую возможность!
— Тогда дай мне немного подумать, как это лучше устроить.
Хуан долго раздумывал. В голове мысли путались.
— Ладно, Сиро. Поступим так. Ты трахнешь друга Санчеса по голове топором или дубинкой, но основательно. Насмерть. Он же лез в мой дом грабить. Ты, как прилежный и честный работник в схватке прикончил его. Вполне логично. Санчес, как считаешь? Для властей это подойдёт?
— Пошёл к дьяволу! Сколько ты хочешь за мою жизнь?
— Не смеши меня, Санчес! Зачем мне лишние хлопоты? Сиро, ты готов?
— Приказывайте, сеньор! Я готов.
— Санчес, веди себя тихо. Иначе умирать будешь долго и мучительно. Ты меня понял? Тихо, и смерть твоя будет мгновенной и лёгкой.
— Понял. А можно высказать просьбу? Я буду молчать.
— Говори. Послушаю и решу, выполнить ли её. Не обещать же за глаза.
Санчес некоторое время молчал.
— У меня есть деньги. И сын, ещё мальчишка. Девять лет. Хотел бы оставить эти деньги ему. Как это сделать?
— Зачем мне этим заниматься? Своих хлопот предостаточно.
— Сеньор, я очень прошу вас! Он не виноват в грехах отца, а матери у него нет. Я живу здесь уже две недели и много узнал о вас. Вы честный, благородный человек. Приютили двух девчонок, да ещё цветных. На вас можно положиться, сеньор. Раз уж мне не повезло в жизни, то хоть сын должен пожить.
— Я ведь достаточно занятой человек, Санчес. Это не для меня. Пусть Сиро этим займётся. Ему это подойдёт.
— Не шутите с обречённым смертником, сеньор! Этот подонок кого хотите продаст за медяк! Нет уж, простите покорно, сеньор. К тому ж я разрешаю четверть взять в качестве комиссионных за услугу.
— Очень интересно! И сколько же это будет мне причитаться?
