Хуан схватил тяжёлое тело стражника и вывалил его за окно. Сам тут же спрыгнул в сад, едва заметив барахтающегося под раненым бородача с кинжалом. Успел перекатиться дальше, увернувшись от неловкого удара кинжалом.
Не раздумывая, Хуан бросился к задней калитке через сад. Сзади топал бородач. Жестокая мысль прорезала мозг Хуана. Он повернулся, когда бородач уже подбегал. Тот остановился, как вкопанный, поняв, что против шпаги ему делать нечего. Раздумывал он недолго. Проворно повернулся и бросился назад. Видимо, хотел получить подмогу или перехватить Хуана с другого боку, вооружившись более основательно.
Прогрохотал выстрел. Стражник словно споткнулся и упал, засучив ногой по молодым побегам куста.
Хуан продолжил бег и скоро оказался у калитки. Он тяжело дышал. Оглядевшись, спрятал пистолет за пояс, шпагу вложил в ножны и только потом вышел на улочку с редкими хижинами.
Прохожих почти не было. Поспешая, Хуан приводил в порядок одежду, спешил успокоить дыхание и сердце. Это удалось не так скоро. Подумал, что стоит забежать в свою ночлежку и захватить мешок, но посчитал это лишним. Наступило время сиесты и самое время с меньшим риском пройти в порт.
Он ощупал одежду. Всё было при нём. Лишь шляпа оказалась потерянной.
Барка стояла на якоре саженях в пятидесяти от причала. Поблизости никого не было. Он отвязал челнок, прыгнул в него и быстро погреб к лодке Луиша.
Когда он догрёб туда, сзади раздались крики. Видимо, кто-то обратил внимание на похищение лодки и поднял вопль.
Матрос спал в тени низкой надстройки на корме, где была крохотная каюта и настил палубы с низким трюмом.
— Эй, соня! — толкнул ногой матроса Хуан. — Вставай! Поднимай парус! Уходим! Да шевелись! Я Хуан де Варес! Слыхал от Луиша? Ну! — рука Хуана легла на рукоять кинжала.
Матрос с испуганными главами тут же стал поднимать рей с косым латинским парусом. Дело было ему не по силам. И Хуан бросился помогать тянуть трос. Они всё же справились с этим делом, закрепили шкот, ветер слегка надул парус, и лодка тронулась вперёд. Хуан взялся за рычаг румпеля.
— Ну-ка берись за шкоты, приятель! Подтяни угол. Теперь брасы! Вот так! Тебя как зовут? Ты ведь знаешь, кто я такой?
Матрос только сейчас стал нормально соображать. Его бледное лицо всё же оставалось искажённым испугом.
— Антонио, сеньор! Я Антонио. Мне о вас говорил дон Луиш. Я знаю!
— Вот и хорошо! Курс на Пернамбуку. Ты хорошо этот путь знаешь?
— Да, сеньор. Хорошо! Я понимаю!
— Будут потом спрашивать — говори, что я силой заставил тебя работать, подчиниться мне под угрозой оружия. Луиш тут не замешан.
Антонио испуганно воззрился на бандита, как он, видимо, считал. А затем спросил неуверенно:
— Сеньор не убьёт меня?
— С чего ты взял, что я могу тебя убить? Я человек мирный. Мне надо уйти из Параибы, и вот я здесь. За мной гнались стражники.
— Тогда вам следует уйти на север, сеньор. За тот мыс. К тому времени вечер настанет.
— Ты так считаешь? Думаешь, могут устроить охоту на меня?
— А как же, сеньор! Тут ведь судья замешан. Стражники… Обязательно.
— Хорошо, Антонио. Согласен. Попить есть что? Глотка пересохла.
При слабом ветре мыс миновали, как и предполагал Антонио, вечером. Ушли немного мористее и уже в темноте повернули на юго-запад, постепенно приближаясь к побережью.
Редкие огоньки Параибы пропали в ночи только перед полуночью.
— Ложись спать, Антонио. Я постою вахту. Мне всё равно не заснуть, — Хуан пристально смотрел на метиса, силясь рассмотреть его лицо. В темноте ничего не увидел и махнул мысленно рукой.
Матрос без возражений ушёл в каютку, где была узкая койка с жёстким тюфяком и одеялом. Море холодило. Лёгкий туман наплывал с востока.
Под утро Хуану стоило немалых усилий, чтобы не заснуть. Лишь на востоке засерело небо, он разбудил Антонио. Тот вскочил мгновенно.
— Хватит спать! Твоё время настало. И не вздумай дурить, парень! Держи правильный курс и разбуди меня, если что заметишь. К полудню обед приготовь. Жрать охота, но сейчас только спать. Гляди, берег рядом. Я в темноте не смог его заметить. И мили не будет.
Метис молча кивнул, ополоснул лицо забортной водой и занял место на румпеле. Лёгкий бриз с берега гнал лодку всё дальше. А на фоне быстро разгорающейся зари неясно вырисовывался далёкий силуэт светлых парусов. Судно шло на север. Хуан с тоской проводил его глазами и скрылся в каютке. Осмотрел дверь, запер её засовом и, уложив оружие поблизости, лёг.
— Сеньор, — заметил метис, приближаясь к Пернамбуку, — я подумал, что вам не следовало бы появляться в городе.
— С чего бы это? Меня никто не знает там. И долго я не собираюсь сидеть в этом городе.
— Вас легко будет найти, сеньор. Испанцев здесь мало и вы будете на виду.
— Так что ты хочешь от меня?
— Лучше зайти в Олинду. Там остановитесь и будете ждать попутного корабля. До Пернамбуку совсем недалеко. За час легко доехать на муле.
Хуан долго думал. Мало что мог сам придумать, и вынужден был признать правоту Антонио.
— Согласен. Тогда ты поможешь мне устроиться, чтоб мне сильно не выделяться. Особенно в таком крохотном селении, как эта Олинда.
