— Нет-нет, сеньор. Нисколечко! Это истинная правда. Неожиданно выяснилось, что все ролики о колдунах быстро исчезают из интернета, а людям, которые их выкладывали, стирают память. В итоге ролики стали скачивать и размещать на разных сайтах, в том числе в чёрной сети. Журналисты и уфологи, которые занимаются исследованиями сектантов, стали вести постоянные онлайн съёмки с нескольких камер. Несколько онлайн-трансляций запечатлели колдунов в красных мантиях, которые стёрли память журналистам в прямом эфире!
— Кошмар! — притворно возмутился Дункан. — Неужели такое возможно?
— Да, сеньор, — не заметила притворства официантка. — После этого люди по всему миру испугались и вышли на демонстрации. Во Франции и Великобритании были жуткие погромы — люди шли штурмовать дома правительства, чтобы отлучить от власти подконтрольных сектантам чиновников. А там полиция, армия… Во Франции толпу смогли разогнать, а в Англии люди лишь сильней разозлились. Часть военных присоединилась к демонстрантам, и они штурмом взяли парламент.
Дункан прикрыл глаза и потёр виски. Он чувствовал, что девушка говорит правду. Удивительно пропустить столь масштабные события. Это же насколько он был погружен в свои проблемы и переживания, что не заметил падения статута секретности?
— И что дальше, — он прочитал на бейджике имя, — Камилла?
— Точно всё мне неизвестно. Я расскажу, что знаю. Оказалось, что эти сектанты живут скрытно по всей планете. Напуганные люди во всех странах стали выходить на улицы с демонстрациями или искали и ловили колдунов.
— И как? Поймали хоть одного?
— Многих, сеньор. За неделю удалось поймать и сжечь на кострах больше тысячи колдунов и ведьм! А потом был ролик в интернете — я скачала его на телефон.
Пока официантка извлекала из кармана передника смартфон, неожиданно в домах по всей улице погас свет.
— ЧУЧА*! — в сердцах воскликнула Камилла. — Опять электричество выключили! Сеньор, надеюсь, у вас есть наличные? Терминал точно не работает и вряд ли электричество дадут скоро. А если дадут, связи с банком может не быть.
— Доллары или евро подойдут?
— Пенька**… — скривила мордашку Камилла. — Нет, сеньор. Доллары и евро теперь стоят не дороже цветной бумаги. Юани и йены тоже. Лучше чилийские песо или аргентинские песо. Австралийские доллары тоже сойдут. Бразильскую валюту мы не принимаем!
— Не понимаю. Камилла, я думал, что доллары всюду в ходу. Что изменилось?
Набрав полную грудь воздуха, официантка скороговоркой выдала:
— Ах, я же не закончила… Нет больше Северной Америки! И Западной Европы нет! И Китая с Японией! Несколько дней назад там взрывались атомные бомбы!
— Так, погоди… — загудели виски у Дункана, развеивая миф о том, что у вампиров ничего не болит. — Давай лучше по порядку. Откуда взрывы?
— Так вот же, я ролик хотела показать, — она положила смартфон на стол и развернула голографический дисплей до размера четырнадцатидюймового монитора. — Так у вас есть деньги? — с подозрением уставилась она на клиента.
— Эх… Куча долларов и евро, — Дункан достал толстый бумажник и заглянул в него. Камилла вытянула шею, делая то же самое. — Ещё есть немного рублей.
На самом деле рублей там было много — больше, чем долларов и евро.
— Рубли пойдут, сеньор. Советы уцелели, так что их валюта должна быть в ходу. У вас много денег. Вы, наверное, богатый?
— Наверное… был им. У меня несколько миллионов долларов… было.
— Ох, мне очень жаль, — в её голосе не чувствовалось сочувствия, наоборот, промелькнули нотки злорадства.
Убедившись в платежеспособности посетителя, Камилла пальцем прикоснулась к голограмме, включив воспроизведение видеоролика.
На голоэкране появился платиновый блондин лет тридцати — тридцати пяти. Его лицо было отдалённо знакомо Дункану — он сильно напоминал Драко Малфоя в том же возрасте, только более щекастый — наверняка пошёл в свою мать и жену Драко — Асторию Малфой, в девичестве Гринграсс. Взгляд полный презрения, серые глаза и классическая мантия Пожирателя смерти, видимо, ещё дедушкина.
Основную массу британских волшебников, родившихся от семидесятых и до своего выхода на пенсию, Дункан примерно знал. Работа у него была такая, что требовалось быть в курсе дел волшебного мира. Магов в Великобритании немного, чистокровных и того меньше. В Хогвартс ежегодно поступает от силы человек сорок, максимум пятьдесят. Конечно, запомнить поимённо все три тысячи магов проблематично — для этого нужна эйдетическая память. Но уж вспомнить имя и биографию единственного чистокровки-аристократа он сумел: Скорпиус Малфой. Родился в две тысячи шестом году. Закончил Хогвартс, факультет Слизерин в две тысячи двадцать четвертом году. Сторонник радикальных взглядов чистоты крови, как и все члены его семьи.
И вот этот платиновый колдун распахнул рот:
