Комната, по всей видимости, служила хозяину кабинетом. В углу стоял дубовый стол из темного дерева. На его поверхности были в беспорядке разбросаны пожелтевшие бумаги. Сбоку, на полочках, сушились какие-то травы, хотя в темноте сложно было разобрать более детально. Здесь было еще больше книг – шкафы занимали все пространство вдоль стен.
Всех, кроме одной.
Ахнув, мы уставились на стену слева от нас, которая была целиком, снизу доверху, покрыта фотографиями.
Дрожащей рукой Влад водил лучом фонарика от одной фотографии к другой. Мужчины и женщины, старые и молодые, худые и толстые, улыбающиеся и серьезные, взирали на нас со стены. Кто-то смотрел прямо в объектив, как на фото для паспорта, но многих фотографировали скрытно, со спины, так, что они и не подозревали об этом. Большинство снимков цветные, но встречалось и немало черно-белых.
Каждая фотография была уникальной, не похожей на другую ни размером, ни композицией, за исключением одной детали – маленькой черной ленточки в правом нижнем углу.
Такой, какие ставят на изображения покойников.
Я проглотил комок в горле. Глядя на представшую нашему взору траурную стену, мне впервые в жизни стало по-настоящему страшно.
Луч фонарика метался от одного изображения к другому, затем остановился.
– Смотри-ка, – Влад указал на одну из фотографий.
Я вгляделся в пожелтевшее изображение женщины, на которое обратил внимание мой друг. Мне хватило доли секунды, чтобы узнать ее.
Тетя Нина смотрела на нас с легкой полуулыбкой. Фотография была та же, что и в статье, которую вчера принес Влад. Угол снимка также пересекала приклеенная темная ленточка.
– Это… – начал я шепотом.
– Да, – так же шепотом подтвердил Влад. – Видимо, это те, кто оказался под влиянием его колдовства…
При этих словах мне в голову пришла идея, от которой меня бросило в дрожь. Взяв у друга фонарик, я принялся внимательно просматривать все снимки, снизу вверх и обратно, ряд за рядом.
– Наших, кажется, нет. – Влад словно прочитал мои мысли. – Повезло. Наверное, не успел сделать.
– Я бы не сказал, что очень повезло… – пробормотал я, вспомнив, что с нами уже успело произойти за предыдущие несколько дней.
Тут я заметил фотографию сурового лысого мужчины в дорогом костюме, немало заинтересовавшую меня. То был еще один наш сосед, Юрий Андреевич.
Юрий Андреевич был известной в нашем подъезде персоной. Сколотив состояние на сомнительном бизнесе в девяностых, он всегда считался человеком влиятельным и с серьезными связями. Но несколько лет назад все изменилось – исчезла неизменно следовавшая за ним охрана, поистрепались дорогие пиджаки, а черный мерседес уступил место недорогой иномарке, которая, впрочем, тоже вскорости пропала. Ходили слухи, что бизнес Юрия Андреевича пошатнулся, а сам он практически банкрот. Говорили, что за долги у него даже могут отобрать квартиру. Сам же бывший авторитет вообще в последнее время редко выходил на улицу, словно стыдился своего нового статуса. Но самое главное, что…
– …Он жив и здоров, – сказал я, указывая на фотографию Юрия Андреевича. – На прошлой неделе я его в магазине видел.
– Черная ленточка присутствует, – заметил Влад. – Но он, как ты говоришь, не исчез и не умер?
– Знаешь, мне кажется, тут другое. Черная ленточка не обязательно означает, что ее обладатель уже отправился на тот свет. Скорее всего, это просто один из атрибутов его колдовства. Наверняка Палыч работал на заказ, как и остальные знахари-колдуны. Кому приворот сделать, кому заговор, на удачу там или наоборот. Уверен, для этого ему и фотографии приносили. В данном случае кто-то из конкурентов вполне мог заказать на Юрия Андреевича наговор на провал в бизнесе. Весьма гуманно и эффективно, а главное – никаких следов.
Осматривая фотографии, я впервые обратил внимание на саму стену позади них. Поначалу мне показалось, что это какой-то странный узор на обоях, но, присмотревшись внимательнее, я в ужасе попятился.
Вся стена оказалась расписана различными знаками, символами и иероглифами на неизвестном мне языке. Я узнавал лишь некоторые из них – полумесяц, карикатурное изображение человека, следом какое-то существо, напоминающее козла с длинными рогами. Каждый знак был аккуратно прорисован толстым слоем черной краски. Поверх этого и были приклеены фотографии.
Раскрыв рты от удивления, мы во все глаза изучали таинственные символы, когда справа раздался громкий треск, заставивший нас вздрогнуть.
Быстро развернувшись, я навел луч фонаря на что-то, лежавшее почти у наших ног.
Книга. Толстая, в черной обложке, без названия. Похоже, свалилась с одной из полок.
Свалилась сама по себе? Теоретически, конечно, возможно, вот только…
Я хотел было нагнуться и поднять книгу, как вдруг рядом с ней упала другая. От неожиданности мы отпрыгнули на шаг назад.
Не успел я перевести дыхание, как из соседнего шкафа, больно задев меня по руке, на пол упал еще один толстый том.
Внезапно по комнате пронесся сквозняк, а в следующую секунду книги из всех шкафов повылетали со своих полок, определенно целясь в нас. Кое-как уворачиваясь, мы отступали обратно к двери.
