Мне осточертело их слушать. Поначалу нравилось, как одноногий-однорукий рассказывал свои истории, а потом, когда я обнаружил отсутствие хоть сколько-нибудь стоящих выводов, все стало походить на ахинею. Зачем была рассказана история о рабах и поработителях? К чему ее можно приложить сегодня? Я допускаю, что ранее, когда в мире существовало много государств и были миллиарды людей, такое могло случиться. А что будет сегодня, если все заводы перестанут работать по причине отказа уродов? Просто кончится жизнь. Даже если этим недальновидным «негативистам» вдруг удастся добиться удаления от власти нынешних ее держателей, то за этим последует полных крах человеческой цивилизации — калекам, увы, не дано самостоятельно построить новый мир! Одних из этого племени надо вести, других — поддерживать и так далее. С первого раз построить модель, которая никогда ранее не существовала по причине своей ненадобности, никогда не получится, а тут, что очевидно, права на ошибку нет. Ведь ранее, как нам говорили, все государства основывались на принципах, некогда регулировавших жизнь их предшественников. А когда- и где новое правительство формировали исключительно калеки? Даже если отобрать самых дееспособных из нас, то что получится? Скажем, слепые всегда вынуждены из-за своего недуга иметь под рукой какого-нибудь верного человека, а люди с синдромом Дауна (и т. п.) вряд ли предрасположены к принятию глобальных решений, на коих обязательно должен лежать отпечаток строгой объективной адекватности. Да и вряд ли у кого-то из уродов есть соответствующие политические задатки: современный мир не выращивает мыслителей и философов, способных вывести хоть даже чуточку годную идею для создания новой страны. Так что все это ерунда, способная лишь раздражать.
Лучше уж я подумаю после заправки очередной дозой кокаина о чем-нибудь ином.
Да, кстати, а что имеет ввиду Ид Буррый, когда говорит о прекрасном будущем для потомков нынешних земных обитателей? Мне толком и самому неизвестно… Ну родит Ева от меня, урода, полноценного ребенка, и к чему это приведет? Он-то будет идеальным, но как ему преобразить мир под стать себе? Не будет же его семя, если он окажется мужчиной, столь чудодейственным, чтобы еще и переделывать в нормальные яйцеклетки современных женщин. Получается, что ему будет необходима похожая на его мать соратница — полноценная, но тогда его чадо, родись таковое, будет иметь мало чего от меня, представителя очередного до тошноты похожего на все остальные поколения Гипербореи. Так мы не обретем спасителя, а дитя мое будет всего лишь случайной ошибкой современной природы человеческой. Да, с Ипполитом все было бы намного проще. Он сумел сделать меня, значит, сумел бы сделать подобных мне — мужчин и женщины, могущих зачать нормальных людей. Ах, моему ребенку подобная пара была бы очень кстати, ибо в таком случае его отпрыск стал бы еще более близким к уродам полноценным человеком. Ипполит, будь все по плану, передал бы свою технологию выращивания «почти идеальных» потомкам, и с каждым новым поколением количество нормальных только бы возрастало. Разве не великолепно? Разве не прекрасно? Мир стал бы принадлежать всем в одинаковой мере, и, если не утратит память о устройстве «Объединенных городов», очищенное человечество будет жить в вечном благоденствии!.. Впрочем, я идеализирую. Все могло бы завертеться по иному сценарию — ипполитов способ мог бы стать в будущем средством очередного раскола социума. Прошло время, окончились все волнения, связанные со свержением правительства, все пресытились радостью от победы и так далее. И тут встает вопрос, что же делать теперь? Конечно же нужно строит свое государство, только, вот, кто имеет больше прав на власть в нем? Возможно, те, кто вели бы свой род от самых первых полноценных, стали бы узурпаторами. Конечно, Бог его знает, как выглядел бы в том будущем мир, но почему-то кажется, что склад души своей человек не изменил бы, а это… одни пороки.
Плевать мне! Я сделаю свое дело, во всяком случае буду идти до конца, имея уверенность в скорой победе. У меня появится идеальный сын или идеальная дочь, а что потом? Возможно, снова удастся выкрутиться, ведь, если подумать, во мне есть что-то от баловня судьбы. Будь не так, руки и ноги мои уже бы не существовали как части одного организма. В общем, вставай, Ид, и иди по дороге, ведущей к идеальному человеку, который, быть может, станет ваятелем истории.
Я встал со своего стула, и вышел из бара. Никого не видать кругом, хотя внутри «Туза» полно народу. Вот теперь-то и пора шествовать в сторону окраины города, где суждено залечь мне на некоторое время.
Шахты представляют собой почти полностью покинутый район, а когда-то жизнь здесь била ключом. И дело тут в следующим.
