Давно Джеку не приходилось использовать приемы любовной стратегии. Стремительный во всем, он предпочитал не тратить время на долгие ухаживания. С первого взгляда на любую женщину он мог предсказать ее реакцию на мужское внимание и по опыту знал, что представительницы слабого пола быстро и безошибочно чувствуют интерес к себе и чаще всего отвечают тем же. Фитцджеральд со своей стороны всегда вел с женщинами честную игру. Он не притворялся влюбленным, он не оставлял разбитых сердец, но и не оставлял надежд, никогда не загонял своих партнерш в неприятные ситуации. Он лишь предлагал получить вместе удовольствие — и желающие неизменно находились. Все было очень просто. Со студенческих лет Джеку не приходилось подолгу преследовать жертву, не было необходимости в медленном обольщении, в вычурных комплиментах, он почти забыл, как сладостна роль соблазнителя. И вот теперь вспомнил, встретив Карлу Де Лука. Темперамент у этой девушки безудержный, шишка у Макинтайра на лбу как нельзя лучше это подтверждает. Следовательно, можно предположить, какие страсти пылают под ее внешне холодной оболочкой… В чем же секрет, гадал Фитцджеральд — несчастная любовь, неожиданное разочарование, временно отвратившее ее от мужчин? Темноглазая красавица бросала ему вызов — не было в жизни Джека случая, чтобы женщина беспричинно отказала ему.
Карла выбралась на берег первой. Когда к ней присоединился Джек, она сидела, плотно завернувшись в пушистое полотенце. Фитцджеральд растянулся на солнце, чтобы обсохнуть. Карла решила заняться своей кожей и достала крем, предупреждающий ожоги от ультрафиолетовых лучей. Фитцджеральд не предложил ей свою помощь, чего она почти ожидала. Вместо этого он дождался, когда косметическая процедура будет закончена, и сказал:
— Ты не против, если я попрошу у тебя немного крема? Знаешь, у нас, несчастных блондинов, такая чувствительная кожа…
Карла передала ему флакончик, с сомнением глядя на его тело, покрытое ровным, красивым загаром, какой бывает у человека, имеющего возможность лежать на солнышке в любое время года.
— Мне кажется, ожоги тебе не грозят, — заметила она.
— Вообще-то, я не доверяю только своей спине. Невероятно, но это моя ахиллесова пята, — пожаловался Джек. — Да еще так трудно туда дотянуться… Ты не могла бы смазать ее кремом? Пожалуйста! — И он невинно улыбнулся.
Карла не нашла в себе мужества отказать. Она опустилась рядом с Джеком на колени и начала наносить полужидкий крем на его гладкое, упругое тело. Движения ее были быстрыми, немного резкими, Карла надеялась таким образом скрыть свое замешательство, но получалось это плохо — она не могла не ощущать покалывание в пальцах, возникавшее от соприкосновения с мужской кожей. Ее волнение почувствовал Джек и вновь принялся немилосердно дразнить девушку. Он устроил целый спектакль: как молодой хищник извивался под ее руками, издавал преувеличенно громкие вздохи и ахи, стонал будто бы от боли, чем, наконец, обманул Карлу. Она рассмеялась, сама от себя того не ожидая.
— Хорошо тебе смеяться, негодница, — простонал Джек. — А я не могу теперь на спину повернуться, без того чтобы не опозориться. И виновата в этом ты! Я просил лишь смазать спину кремом, а ты устроила сеанс шведского массажа. Наверное, тебе нравится мучить бедных доверчивых мужчин. Ну ничего, мы еще поквитаемся. А сейчас отправляйся-ка ты вместе со своими нечестивыми помыслами к машине да накрой на балконе завтрак. Бог даст, к этому времени я снова буду выглядеть пристойно.
Несмотря на откровенно вызывающий тон этого заявления, Карла промолчала. В какой-то степени ее обезоружило его чувство юмора. У Ремо, например, с этим вообще было неважно, впрочем, как и у всех мужчин, особенно когда дело касалось секса. Карла надеялась, что умение посмеяться не откажет Фитцджеральду, когда он в конце концов выяснит, что все его затеи напрасны. Она теперь уже твердо знала, что Джек задумал большую игру. Надо быть наивной дурочкой, чтобы думать иначе. А жаль, очень жаль. Это испортило Карле настроение. Ведь общество Фитцджеральда начало уже нравиться ей, она почти не боялась его. Но она боялась себя. Как всегда.
Круглый столик на широком балконе уже давно украшали холодный цыпленок, ароматная салями, оливки, помидоры, хлеб, фрукты и вино. Похрустывая сочным стеблем сельдерея, Карла рассматривала виллу снаружи. Постройка была современной, но выполненной в извечных итальянских традициях. Судя по всему, изначально здание предназначалось очень богатому человеку. Через широкие окна были видны мраморные лестницы, шикарный интерьер, богатая отделка, каждая мелочь говорила о том, что денег тут не жалели. Карла прошлась по саду — клумбы, лужайки, декоративные кусты — все в идеальном состоянии. Возвратившись на балкон, она увидела там Джека, к счастью, полностью одетого. Он как ни в чем не бывало разливал по бокалам вино.
— Твое здоровье! — поприветствовал он ее и принялся за еду. Карла после купания изнемогала от голода, поэтому нехитрая закуска их совместными стараниями была уничтожена очень быстро.
