Голос сел… Что то я разволновалась. Надо бы взять себя в руки.
Граф смотрит мне в глаза и так хочется верить, что все будет хорошо!
К добру или худу… я тихонько кашлянула, что бы голос не захрипел и сказала:
— Да!
Напрасно я ждала положенных слов "Объявляю вас мужем и женой!". Напротив, священник замолчал, а к нам, встав со скамейки, подошли его величество король Бого двенадцатый и фрейлина королевы, леди Фания, баронесса Рибут.
В толпе зазвучали голоса — "лирд! Сейчас будут записывать лирд!"
Король обратился к лорду Зобе:
— Ваше слово, граф Пуго.
— Я хочу, чтобы моя жена подарила мне сына в течении пяти лет!
— Ваше слово, леди Сания Бурад.
— Я хочу в лирд пятьсот салем.
— Я слышал и запомнил — сказал его величество.
— Я слышала и запомнила — ответила ему баронесса Рибут.
— Я дарю своей невесте лирд в пятьсот салем! — с этими словами граф снял с пояса небольшой атласный мешочек и подал его Сании.
— Я видел и запомнил — повторил король.
— Я видела и запомнила — добавила баронесса.
— Ваше слово, граф Ромский.
— Я хочу, чтобы моя жена подарила мне сына в течении… — и тут он запнулся. Пять лет его не будет со мной.
— Шести лет, милорд — тихонько подсказала я.
— Вы уверены, миледи? — обратился ко мне король. Он то знал, что муж пять лет будет у него на службе.
— Да, ваше величество.
— И так, граф Ромский, говорите
— Я хочу, чтобы моя жена подарила мне сына в течении шести лет.
— Ваше слово, леди Катрин Бурад.
Я видела, как рука графа потянулась к поясу. Эээ нет, дорогой муж! Так дешево меня не купить.
— Я хочу в лирд разрешение мужа зарабатывать деньги и тратить их по своему разумению.
Растерялись все, в том числе и его королевское величество.
— Дитя моё — обратился он ко мне, — дитя, вы уверены? Не лучше ли вам не идти против традиций и принять от мужа обычный подарок?
— Нет, ваше величество, не лучше.
— Но как вы собираетесь зарабатывать? Вы же леди, вы не можете… ну, допустим, пойти служить!
Вокруг захихикали и зашептались сопровождающие короля…
Я немного потупилась, хлопнула пару раз ресницами и сказала:
— Ну, ваше величество, например я придумаю красивую помаду. Могу же я отдать ее купцу на продажу?
Король заулыбался:
— Конечно можете, милая леди. Но это когда еще будет, а пятьсот салем совсем не плохие деньги, поверьте мне! Может быть вы, все же, передумаете?
— Нет, ваше величество. Не передумаю. Я хочу именно такой лирд!
Мельком я взглянула на скамью, где сидела леди Тирон. Лицо у нее было багровым — она поняла, что денег с меня не получит. Отец Катрин, надо сказать, тоже не отличался здоровым цветом лица. Интересно, это он из-за денег так? Или просто опасается, что граф не примет такой лирд и свадьба сорвется?
— Ну что ж, леди. Это ваше право! Граф, вас устраивает такой лирд? Я так понимаю, что для вас он тоже несколько неожидан.
— Всё, что моя жена сможет заработать, она сможет тратить по своему усмотрению. Обещаю не чинить ей препятствий, если ее действия не будут порочить моё имя. Слово Ромского! — граф смотрел мне в глаза без улыбки и я понимала, что вечером предстоит трудный разговор.
— Я слышал и запомнил — с улыбкой сказал король.
— Я слышала и запомнила — баронесса неожиданно подмигнула мне.
Откуда-то из-за спин людей вышел юноша и протянул два листа на красивом серебряном подносе на подпись королю. Во второй руке он держал чернильницу с пером. Его величество расписался, придавил кольцом маленький комочек шерсти в коробочке, пропитанный чернилами, приложил перстень и вытер его о лоскут сукна. Следом расписалась баронесса и тоже приложила перстень-печатку. Один лист дали на подпись мне и Марку, второй получили Сания с мужем.
Потом листы вернули писарю.
— Поторопитесь с копиями, Барсет. Мы уезжаем сразу после венчания.
— Слушаюсь, ваше величество.
Юноша поклонился королю и нырнул в толпу.
Все уселись на свои места.
Священник продолжил процесс и через несколько минут, после благодарственной молитвы и неловкого поцелуя Сании и мужа, в наш адрес прозвучало то самое:
— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать вашу жену, граф.
Марк взял мое лицо в обе руки и как-то странно поцеловал меня в угол рта.
И что я должна думать? Он злится? Удивлен? Что-то заподозрил?
Внесли два подноса с белыми караваями и небольшими серебряными стопочками.
первыми преломили хлеб и выпили по стопке Сания с мужем, потом — мы. Это было очень сладкое креплёное вино. Благо, стопки были чисто символические. И мы с сестрой стали обносить гостей. Каждый брал стопочку и отламывал кусочек от каравая. Минут через пятнадцать все закончилось.
Его величество пожелал нам счастья, подписал уже готовые копии и удалился. Юный Барсет вручил по копии всем четверым новобрачным. Я сложила свою и убрала в потайной карман платья. Народ потянулся из молельной комнаты провожать короля.
Нам всем отец велел идти в зал и садится за стол. Всю дорогу до зала мой муж молчал.
Когда мы расселись за высоким столом и стали ожидать отца, леди Тирон и прочих гостей он сказал:
— Думаю, нам найдется о чем сегодня поговорить, леди жена!
Это не звучало угрозой. Но все равно немного напрягло меня.
