Отстранился, полюбовался собственной работой и выступившими, смазанными капельками крови на шее Уилла так красиво смотрящимися на собственническом укусе, запрокинул голову назад, ускоряя темп, следуя примеру Уилла, и закрыл глаза, полностью отдаваясь ощущениям, позволяя неуправляемым фейерверкам и дальше яркими бутонами взрываться в тёмном сознании… Слушая стоны и всхлипы Уилла, он понимал, что долго так не продержится.
— На живот, — приказал он парню, выходя из него и коротко целуя.
Выполнять это Уиллу самому не пришлось: не желая ждать, Ганнибал сам мягко перевернул его, попутно вдыхая полной грудью пьянящий аромат. Довольно жёстко раздвинув ягодицы, оставляя на них красные отпечатки пальцев, вошёл снова. Сначала двигался дразняще-медленно, но потом, скорее почувствовав, нежели заметив, обнаружил, что парень подаётся навстречу, желая принимать глубже, чувствительнее. Усмехнувшись Уиллу в загривок, мужчина ускорил темп, накрыв снова вцепившиеся в простыню руки парня своими ладонями.
— Я… скор…о-ааааах! — Уилл выгнулся под Ганнибалом и кончил. Он сделал это без рук, не в силах больше выносить эту сладостную пытку.
Через несколько толчков в глазах Ганнибала потемнело, мужчина глухо застонал и его швырнуло в оргазм: яркий и чувствительный, словно тысяча фейерверков в ночи. Мышцы сжались и расслабились, и Уилл, сжимаясь на его члене, почувствовал, как внутрь растекается сперма.
Блаженствующе обмякнув под мужчиной, Уилл осознал, что ему давно не было так хорошо. Дыхание сбито, перенапрягшиеся мышцы болят. Он вспомнил о пальцах, нервно вцепившихся в простынь, разжал их. Рядом на подушку откинулся Ганнибал, отбрасывая мокрую чёлку ладонью назад.
Уилл перевернулся на спину, и некоторое время они лежали молча, приводя дыхание в порядок.
Уилл начал постепенно приходить в себя и осознавать, что произошло. Неужели это был он — извивался, стонал и просил, отбросив все приличия? Да ещё и с кем в одной постели — с малознакомым мужчиной, усыпившим и украдшем его?
Парень, прикусив нижнюю губу, медленно повернул голову в сторону Ганнибала и обнаружил, что тот тоже смотрит на него. Его карие глаза были так близко, что можно было детально разглядеть прямые, светлые ресницы. Губы мужчины дрогнули, и он их едва заметно поджал: видимо, хотел сказать что-то, но не решался. Он смотрел на Уилла со смесью покровительства, непонятной парню надежды и спокойного удивления, будто сейчас увидел впервые. Смотрел изучающе, будто хотел запомнить каждую чёрточку его лица.
Ганнибал был расслаблен и безоружен — хоть сейчас бей по голове и беги, — но, хотя Уиллу это и пришло в голову, он не стал так поступать, просто отвернулся и уставился в потолок невидящим взглядом.
— Рас… — голос Ганнибала зазвучал хрипло, поэтому он запнулся, — Расскажи что-нибудь о себе.
Так нестерпимо захотелось узнать про Уилла всё, но для начала хоть что-нибудь, что мужчина готов был просить. Но просить у Уилла в данный момент не казалось чем-то неловким и унижающим; да, Ганнибал чувствовал себя уязвимым, но вдруг… вдруг?
Парень молчал. В душе что-то слабо трепыхалось, побуждая открыть рот и начать говорить, но он упорно молчал.
Молчал, когда Ганнибал, так и не дождавшись от него ответа, вздохнул. Молчал, когда мужчина медленно, будто давая ему шанс всё исправить, поднялся с кровати и, судя по звуку открывающегося шкафа, доставал одежду из шкафа. Молчал, пока Ганнибал надевал свежую, чистую рубашку и вставлял ремень в идеально отглаженные брюки. Наконец, спустя эти мучительно долгие мгновения, мужчина вышел из комнаты.
Робкое стыдливое чувство зародилось у Уилла в душе: он почувствовал, что не сделал того, что было нужно. Почувствовал на себе разочарование Ганнибала.
Парень медленно поднялся на кровати, спустил худые ноги на пол. Обернулся назад, взял одеяло, накинул его на плечи. Встал на пол, запахнул одеяло на плечо, будто гиматий, после чего медленно вышел из комнаты.
Ганнибал находился в Большой комнате. Эбигейл лежала неподалёку под большим дубовым столом аки в кабинете Стивена Кинга и дремала, готовая в любой момент настороженно вздёрнуть морду и оскалить зубы в предупреждающем рычании.
Мужчина стоял спиной к двери, ведущей в коридор, но не было никакой необходимости видеть Уилла, чтобы узнать о его приближении: поступь босых ног была отчётливо слышна в утренней тишине квартиры.
Ганнибал продолжил невозмутимо перелистывать большую книгу с пожелтевшими страницами, когда Уилл зашёл в кабинет и замер на пороге. Наверное, он выглядел весьма умилительно с голыми ногами, сонными движениями и растрёпанными кудряшками, но мужчина не позволил себе обернуться и посмотреть: продолжил изучать страницу невидящим взглядом.
Спустя несколько бесконечно долгих секунд комнату разрезал извиняющийся, выразительный (для храбрости), но всё же неуверенный голос кудряшки:
— Меня зовут Уилл Грэм и мне двадцать три года…
Ганнибал, не оборачиваясь и не меняя позы, приподнял уголки губ.
========== non est fumus absque igne ==========