Кудряшка мельком взглянул на неё — чужая ладонь выглядела надёжно, по непонятной причине внушала доверие, и он представил, как берётся за неё, и ему сильным рывком помогают подняться, но нашёл в себе силы хмуро отвернуться, случайно задев руку волосами. Рвано хватаясь за берёзу выше и выше, он неуверенно поднялся. Отпустил дерево, перенося вес на ноги, которые предательски-резко подкосились. Парень завалился вниз, будто поскользнулся, но почувствовал тепло чужих ладоней, уверенно схвативших его за плечи, удерживая от свидания спины с землёй.
— Н-не надо, — размахивая руками и находя баланс, пробормотал Уилл.
Руки исчезли с плеч.
— Я отведу тебя в тепло. Пойдём, — немного уязвлённым голосом сказал Ганнибал: обычно жертвы так себя не вели — они начинали рыдать и предлагать за себя всякие выкупы, во всяком случае, подчинялись безоговорочно: этот парень что, не боится? А где же вопросы «Вы убьёте меня?», или, хотя бы для приличия, «Что вам надо?»?
Хотя, может, этот парень и вправду необычный, другими словами — особенный? Память услужливо воспроизвела все вечера, когда тётя рассказывала Ганнибалу об Узах, понимании и гармонии Истинных Пар.
— От-тведите м-меня домой. Я всё равно н-не знаю код, — ответил Уилл, растирая затылок и переступая с ноги на ногу.
О, значит, мысли о выкупе всё же будут звучать? Или что он имел в виду?
— Боюсь, это невозможно, Уилл. — При звуке своего имени кудряшка вздрогнул. — Пойдём. — увидев, что парень не трогается с места, Ганнибал терпеливо сказал: — Один ты заблудишься в этом лесу и замёрзнешь от холода, — чем дальше заходила его ложь, тем увереннее он себя в ней чувствовал, — Я помогу тебе.
Осталось только надеяться, что парень не вздумает сорваться с места и бежать, потому что в таком случае он окажется на своём участке через пару минут.
Уилл одарил Ганнибала несчастной улыбкой, наклонился к берёзе и поднял с земли свою шапку, которая почти примёрзла к веткам и сухой траве. С хрустом отряхнув и размяв головной убор, Уилл попытался надеть его на голову, но Ганнибал быстро подошёл и отобрал у её, выкинув подальше:
— Мы же не хотим, чтобы ты заболел? — в его голосе зазвучали железные нотки: сколько можно стоять тут и уговаривать парня последовать за ним?
Уилл повернулся к Ганнибалу и, скорчив болезненную рожу, сказал:
— Я ему не нужен. Если вам нужны деньги, я могу дать. Сколько?
Ганнибал нахмурился и изучающе наклонил голову набок:
— Мне не нужны твои деньги, Уилл, — неужели он всё-таки услышит слова о деньгах? Нет, он правда думал, что этот парень — особенный?
— Т-тогда что? — пленник непонимающе захлопал глазами.
— В данный момент я просто хочу, чтобы ты не заболел, — с этими словами Ганнибал схватил Уилла за рукав ватника и повёл за собой: главное, выйти на автостраду, а там и до отеля недалеко! В крайнем случае, можно словить попутку.
Уилл шёл, не говоря ни слова и не сопротивляясь: по его спотыкающимся шагам позади Ганнибала было понятно, что парень вымотан. Хотя, отсутствие сопротивления может означать скорую попытку атаковать или сбежать. Ганнибал обернулся на Уилла: тот задрал голову кверху и разглядывал высокие кроны сосен, уходящих в синее небо. Он был похож на мальчика, которого мать тащит по магазину мимо стеллажей с игрушками.
— Не часто гуляешь в лесу?
Уилл дёрнул плечом, отвлёкся от своих мыслей, неуверенно посмотрел на Ганнибала, будто бы сомневаясь, стоит отвечать ему, или нет.
— Вообще никогда.
— Почему? — спросил Ганнибал, не замедляя шага: кажется, он слышал звук проезжающего автомобиля откуда-то впереди.
— Некогда… и не с кем, — неудачно попытавшись не сделать акцент на последних словах, Уилл смутился.
— Вот как. Что ж, как говорила моя тётя — «Potius sero quam nunquam» [лат. «Лучше поздно, чем никогда»], — возразил Ганнибал, принюхавшись: трава, листья, кора, земля, талая вода… бензин, резина от шин. Осталось недалеко!
Уилл не нашёл, что сказать в ответ на цитирование незнакомой ему женщины, к тому же он не знал, что именно сказал его таинственный спутник и на каком языке. Некоторое время они шли молча. Впереди показалась дорога.
Пока Ганнибал пытался поймать машину, Уилл отошёл на пару шагов и разглядел своего необычного пленителя: тонкая кожаная куртка, классические серые брюки (на обеих штанинах были аккуратно выглаженные стрелки), чёрные, запылившиеся ботинки. Из-под куртки виднелся шейный платок, по всей видимости, завязанный видом «Аскот»: неплохо разбиравшийся в моде кудряшка отметил про себя, что это наиболее элегантный способ завязать такого рода платки. Манера ношения напоминает не до конца завязанный галстук — легко снять, просто потянув…
Что ж, если его подослал отец, то у старика неплохой вкус!
— Пошли, — Ганнибал внезапно потянул Уилла за собой, схватив его за рукав ватника.
Рядом с ними затормозил огромный грязный самосвал: поначалу Ганнибал побрезговал в него садиться, но легковушки не притормаживали, а кудряшка уже начал странно улыбаться — видимо, ему становилось совсем плохо.