– Жду лифт, а ты что подумал? – Ларион улыбнулся и хлопнул себя по лбу. – Блииин! Представляю, как это выглядит! Наверное, решил, что я спятил?
– Да… нет. Нет-нет, – Виктор тоже улыбнулся.
– Да ладно, подумал же!
– Нет, но ты сказал лифт…
– Ты не видишь лифт?
– Если честно – не вижу.
– Да вот же дверца.
Виктор присмотрелся к стене и увидел только что-то похожее на дверцу для доступа к коммуникациям размером чуть больше форточки.
– Ты про эту дверцу?
– Сейчас сам все увидишь.
– Но ведь тут и кнопок никаких нет…
– Слушай, тут все по-другому работает.
За стенкой и правда, послышался какой-то скрежет. Ларион стукнул по дверце и, ухватившись ногтями за образовавшийся зазор, потянул на себя. Увидев яркий белый свет, Виктор не выдержал и заглянул. Да, за дверцей, действительно был небольшой лифт, напоминавший кухонный и Ларион каким-то невероятным образом уже забирался в него.
– Он, кажется меньше, чем есть, – пояснил Ларион, видя удивление Виктора, – давай, залезай.
Виктор подошел ближе. Заглянул. Ларион, согнувшись в три погибели, смотрел на него изнутри. Место, действительно как будто еще оставалось, но только разве что для кошки.
– Но я не влезу!
– Влезешь. Ты худой. Давай, все равно добраться можно только на нем.
Виктор глянул по сторонам – в убегающие дали бесконечного коридора, затем поднял ногу и поставил в лифт. Он помнил, как в пятом классе однажды влез в форточку в квартиру Димона, когда тот потерял ключи, а его мать была в ночную смену, и сейчас попытался повторить тот же трюк. К его удивлению он удался. Только пришлось сильно втиснуться головой между ног и животом Лариона, что ему не понравилось.
– Кто придумал такой лифт? – Спросил Виктор, пытаясь устроиться поудобнее. В итоге он занял более-менее приемлемое положение, но голова его при этом упиралась одновременно в стену, в потолок и в плечо Лариона.
– Да, лифт странный, – сказал Ларион, наблюдая за стараниями Виктора, – но надежный. Закрой дверцу.
Это прозвучало как злая шутка, учитывая, как тряхануло эту коробку, когда они тронулись.
– Барринбразерс. Слышал?
– Чего барин? – Не понял Виктор, глядя на свои кеды. Больше он ничего видеть не мог.
Ларион засмеялся.
– Эта английская компания производит лифты с восемнадцатого века.
– Он выдержит?
– Не доверяешь бренду?
– Просто не уверен, что мы используем его по назначению. А куда он едет?
– В смысле?
– Вроде бы мы не наверх едем. И не вниз…
– Не заморачивайся.
– Ладно. Кажется, у меня клаустрофобия.
– Это плохо.
– Почему?
– В нашей работе плохо.
– Ну, в общем, я до этого лифта, не подозревал, что она у меня есть. Шутка. – На всякий случай добавил Виктор. – Как думаешь, для меня работа найдется?
– Ну, рук у нас реально не хватает.
– Ну, ведь смотря, каких рук…
– Так ты же специалист.
– Да, но…
– Да ты не парься. Возьмут, даже если ты только лампочки вкручивать умеешь.
Виктор решил не заморачиваться. Он попытался представить, что бы делал на его месте Пустовалов. Тут, конечно, его уму развернуться особо негде. Скорее всего, Пустовалов бы здесь не оказался. Но стоп. Он и так здесь не оказался. Он сейчас на каком-то «кэпэ», то есть дела его хуже, по словам этого типа в очках-окулярах. Значит ли это, что он перерос своего демонического учителя? Вряд ли. Скорее, как всегда все намного сложнее. Виктор попытался «прочувствовать» траекторию движения «лифта». Он то и дело останавливался, потом снова трогался, периодически угрожающе шатаясь, как будто рвался один из тросов-держателей.
Так они ехали минут пятнадцать. У Виктора началась реальная клаустрофобия. Он впервые узнал, что это такое, но держался из последних сил, апеллируя «по-пустоваловски» к голосу разума. И этот голос подсказывал, что будь это место опасным, Ларион не трясся бы сейчас вместе с ним в этой коробке.
Наконец, лифт приехал. Ларион открыл дверцу со своей стороны, и они вылезли в точно такой же коридор. Но на этот раз у коридора был виден конец в виде серой бетонной стены. По крайней мере, с одной стороны – до него было все равно прилично по меркам зданий – метров сто.
Ларион направился туда. Виктор пошел следом, замечая, что начал уставать. Тем временем, конец коридора оказался не совсем концом. Здесь был крутой поворот на сто восемьдесят градусов, как на лестнице в хрущевке – за поворотом их встретил точно такой же бесконечный коридор с продолжением уклона.
– Так вот оно что – двери бутафорские. – Заметил Виктор, но Ларион его явно не понял.
– Что?
– Ну, за этой же стенкой сразу коридор, а тут двери, как будто там не коридор, а помещения.
– Там помещения. – Уверенно сказал Ларион.
– Прикалываешься?
– Чего?
– Да ладно. – Виктор понял уже, что здесь все немного чудят. Он специально обратил внимание на толщину стены, когда они поворачивали – сантиметров десять, не больше.
За поворотом номера на дверях тоже шли по порядку с соблюдением четности, но были еще более необычными: «24 660», «24 662», «24 664»…
