Он подошел к входной двери, присел на одно колено, и осветил карманным «Лед Лензером» замок. Заметив несколько тонких царапин на защелке и личинке, он вернулся и тщательно осмотрел подоконники. После чего заглянул за плоский телевизор, стоявший на тумбочке между окнами.
– А камера на лестнице работает? – Спросил Борис.
– Сейчас узнаю.
– Мне нужен список всех постояльцев этого этажа. Включая тех, кто выехал сегодня.
– Дедушка! – Возбужденно заявил парень.
– Какой дедушка? – Не понял Борис.
– Тот самый дедушка? – Спросила Виктория.
– Он, правда, не съезжал, но он ушел куда-то и до сих пор не вернулся.
Борис понял, что пес окончательно проснулся и почувствовал вкус крови. Усталость как рукой сняло.
– Он единственный?
– Сегодня никто не выезжал с этого этажа, но вечером ушел дедушка, который заселился вчера. Номер у него оплачен на неделю. Только… – парень загадочно улыбнулся, – вряд ли он тот, кто вам нужен. Ему девяносто восемь лет. Он реальный ветеран войны. Я видел удостоверение, когда он доставал паспорт.
– Где его номер?
Виктория отвела их по коридору к двери в самом конце, Борис отметил, что номер, а значит и окна в нем располагались на другой стороне.
Номер «дедушки» выглядел менее укомплектованным. Широкая двуспальная кровать была заправлена, но покрывало и подушка смяты. В остальном царил идеальный порядок, словно в номере никто не жил, а уж тем более «дедушка». У изголовья только стоял дешевый чемодан на колесиках. Виндман легко приподнял его за ручку, бросил на кровать и открыл.
– Пусто. – Прокомментировал Яков.
– Не совсем, – Борис поднял со дна чемодана чек и прочитал, – чемодан дорожный, пять девятьсот девяносто, куплен два дня назад. Похоже, кроме этого чека, он ничего не возил, – Борис протянул чек Якову, – проверь.
После этого он достал фонарик, внимательно осмотрел подушку и удовлетворенно кивнул.
– У него длинные волосы?
– Да. Но не до плеч. Такие… как парик у блондинок. Знаете?
Борис бегло осмотрел номер. Никаких следов небрежного пользования. В ванной даже мыла не было. Его заинтересовала тканевая салфетка на комоде перед телевизором. Он приподнял ее и обнаружил четыре равноудаленных отверстия от саморезов или чего-то подобного.
– Это раньше было здесь? – Спросил он у Виктории.
– Нет.
Все молча наблюдали за манипуляциями Бориса, а он тем временем, направился в прежний номер. Там принялся внимательно исследовать оба окна, подсвечивая фонариком, минут через пятнадцать переместился на пол, ползал по нему на четвереньках и наконец, достал ручку и подцепил ею длинный белый волос.
– Он? – Спросил Яков.
– Гаргантюа. – Улыбнулся Борис. – Итак, мне нужны видеоматериалы со стойки регистрации и других мест, где у вас появлялся этот «дедушка». А также его паспортные данные. Сюда, – обратился он к Якову, – криминалистов и объявляем дедушку в федеральный розыск.
С помощью Макарова его быстро объявили в розыск. Виндман узнал его имя и место жительства – Нечаев Степан Афанасьевич, село Большой Яломан.
Борис, конечно, не верил, что это настоящее имя, но его ничто не пугало, он напал на след – это главное. Пес рвался в бой, и он был уверен, что со следа его ничто не собьет.
Они с Яковом переместились в региональный центр обработки данных, куда стекалась вся информация с городских камер видеонаблюдения. Виндман получил первую фотографию дедушки. И хотя «дедушка» явно был тертый калач – непосредственно его лицо ни разу не попало в объектив камеры, его габариты, густые длинные седые волосы создавали запоминающийся образ. Для Бориса также не стало неожиданностью, когда выяснилось, что кроме гостиницы «Челябинск», более ни одна камера в городе не зафиксировала этого старика ни до, ни после инцидента на вокзале. Сотрудники полиции, операторы аппаратного комплекса и Яков были удивлены, но сам Виндман не сомневался – никакого «дедушки» в природе не существует и здесь не более чем искусство маскировки и переодевания. И потому Борис больше рассчитывал на помощь Кудинова, который располагал более современными алгоритмами, такими например, как анализ походки, телодвижений, мимики и другими, которые спрятать или как-то учесть при обмане программно-аппаратного комплекса невозможно. По крайней мере, если ты человек.
Однако, когда уже ранним утром Борис, так и не дождавшись звонка от Кудинова, позвонил ему сам, Кудинов сообщил, что и его алгоритмы не могут вычислить «дедушку». Итак, получалось, что проклятый дед, ростом под два метра, без намека на старческую сутулость, с густыми седыми волосами, «как парик блондинки» материализовался прямо в гостинице «Челябинск» и там же растворился в воздухе.
Собственно, чего он ожидал? Борис вышел в коридор, сел на диван на котором, откинув голову в своем воротнике Шанца, давно уже спал Яков и не заметил, как сам провалился в сон.
Тяжелый, глубокий сон, из которого он выбирался долго и мучительно, будто со дна океана, куда не проникал солнечный свет.
