Я смотрю на него с укором. Нашел время для шуток. У меня почти всегда холодные пальцы, и он уже как-то подшучивал на эту тему. Правда, в тот момент мы лежали на большой кушетке на веранде, а не были заперты в частном доме с вооруженными людьми.
Я склоняюсь над ним и накрываю ладонями покатые плечи.
– Тебе нужно принять полусидячее положение, так будет легче.
– Откуда ты знаешь?
– Клим занимался боями без правил, я много травм повидала.
Димитрий снова усмехается, он переводит взгляд на потолок и добавляет мрачно:
– Мне начинает надоедать его имя.
Я распахиваю полы его рубашки.
Черт…
– Все хорошо, – Димитрий реагирует на мою гримасу. – Я тоже не первый раз ломаюсь.
Я ухаживаю за Димитрием. Помогаю ему, насколько это вообще возможно. Потом придвигаю стул и сажусь рядом. Димитрий упрямый и заворачивает меня в свой пиджак. В комнате прохладно, а на мне недостаточно теплая одежда. Ни он, ни я не знаем, что будет дальше. Хотя я понимаю, что его служба безопасности должна шевелиться. Димитрия сейчас ищут, и, если нападавшие допустили хоть одну ошибку, нас скоро освободят.
Но с другой стороны, это должны понимать и похитители. У них мало времени. Они скоро начнут давить…
– На нижний закрыто, – раздается грубый возглас из-за двери.
Димитрий выбрасывает ладонь, показывая, чтобы я оставалась на месте. Сам он поднимается на ноги и делает шаг вперед, оставляет меня за своей широкой спиной.
Щелкают замки, скрипят петли. Потом по глазам бьет электрический свет. В коридоре он горит на всю мощность. Я непроизвольно зажмуриваюсь. А когда привыкаю, вижу, что в комнату заходят сразу четверо мужчин. Один из них Клим. Он держится правой стороны и пытается поймать мой взгляд.
– Очухался? – бросает их главный. – Или доктор нужен?
– Кто ты вообще? – хрипит Димитрий с агрессией.
Я машинально выставляю ладонь и касаюсь его запястья.
Это сильнее меня.
Рефлекс испуганной женщины.
Тестостерон разливается со всех сторон, и я чувствую, что по этим тропинкам может вовсе потечь кровь, если дать вспыхнуть искре.
Я тоже поднимаюсь на ноги и встаю позади Димитрия, но так, чтобы он чувствовал мое присутствие. Смог опереться, если понадобится. Он может сколько угодно изображать из себя стального человека, но я знаю, что он ранен, что ему больно.
– Я твоя проблема, Дима, – усмехается главный. – Да, я знаю, что тебя никто так не называет, но мне плевать. А знаешь, на что мне не наплевать?
Пауза.
– На мои деньги, – мужчина отвечает на собственный же вопрос. – А мне обещали большой куш.
– И кто обещал? – Димитрий поворачивает голову к Климу. – Пусть он и платит тогда.
– Он свое уже отработал, – главный усмехается. – Он навел, а деньги ты заплатишь. Если хочешь выбраться отсюда живым, конечно.
Он оборачивается к своим парням и дает сигнал.
Короткий взмах ладони, который тут же приводит всё в движение.
Я чувствую толчок Димитрия, он пытается не дать подойти ко мне, что-то выкрикивает, но его возглас тонет в возне. Меня обжигают чужие сильные руки, я кричу с яростью и даже пытаюсь кого-то ударить. Меня оттесняют от Димитрия и бросают на пол.
– Успокойся! – грубый голос Клима вырывает из тумана. – Остановись.
Я замираю и понимаю, что он склонился надо мной. Он сжимает мои плечи и удерживает на месте. Некоторое время я совершенно потерянно смотрю на его напряженное лицо. Время то ли замедляется, то ли движется так быстро, что я перестаю чувствовать скорость. Оно за рамками моего восприятия.
– Девка дорога тебе, да? – доносится вопрос главного.
Я оборачиваюсь и вижу, что он прохаживается туда-сюда перед Димитрием. А того сбили подсечкой и поставили двух охранников, чтобы он даже не думал рыпаться.
– Сладкая мордашка и фигурка что надо, – главный специально говорит с грязной улыбкой и косится на меня, как на товар. – Хочешь поделиться?
– Не смей, – шипит Димитрий.
– Вот из-за этого все твои беды, Дима, – смеется мужчина. – Ты слишком жадный. Деньги не даешь, бабу тоже мужикам жалко.
Он смотрит на Клима.
Я улавливаю, как меняется мелодия дыхания Клима.
Словно в воздух взмывает красный флажок.
Сигнал.
Клим быстро перебрасывает меня в своих руках, заставляя развернуться к себе спиной. Он выгибает мое тело, подстраивает под себя, и всего через пару секунд я оказываюсь согнутой пополам под ним.
– Он трахнет ее у тебя на глазах, – угрожает главный. – Ты слышишь меня?
Я скребу пол.
Тяжесть Клима клонит вниз. Он зажимает меня и не дает двинуться. И он такой горячий, жаркий…
– Мне нужно позвонить юристу, – глухо отзывается Димитрий. – Такие суммы невозможно легко провести. Нужно всё согласовать.
Главный достает из кармана сотовый и швыряет его в корпус Димитрия.
– Согласовывай. Даю десять минут, потом продолжим с того, на чем закончили.
Он снова кивает Климу. Тот разгибается и вытягивает меня наверх следом.
– Пойдем, – произносит он над моим ухом и уводит из комнаты.
В коридоре он меняется. Его прикосновения становятся мягче, но меня все равно выкручивает. Мне хочется оказаться подальше от него. От всего того, что он натворил.
