Нет, она ошибалась, роза пахнет очень даже ничего. Надо скорей домой, чтобы поставить в вазу, а то замерзнет и облетит раньше времени. Инна посмотрела на Сергея снизу вверх, пытаясь понять, о чем думает мужчина. На его волосах оседали снежинки. Шапку не надел, в машине оставил. Видно, что устал.
— На чай зайдешь?
— Зайду, — ответил он.
— Чай кончился, — счастливо улыбнулась она. — Егор выпил. Кофе зато остался.
Следующее утро ознаменовалось для Инны двумя вещами.
Во-первых, щенята научились выбираться из коробки. Делали они это в отсутствие Лоры. Девушка подозревала, что они, как хомячки в банке, давили на стенки, пока под их тяжестью коробка не перевернулась, и щенята не расползлись по всему дому.
Когда Инна с собакой вернулась с прогулки, она чуть не наступила на щенка в прихожей. Лора тут же схватила детеныша за шкирку и понесла в коробку. Оказалось, что ковер безнадежно испорчен, придется отдать его в химчистку. Или вообще выбросить, давно напрашивался. Все равно на нем уже есть пятна от краски, их точно не вывести. Кроме того, денег на чистку все равно нет и не предвидится.
На линолеуме лужи, но это проще. Подотрет, и все. В итоге Инна заменила старую вонючую гофру на новую. От бабушки остались памперсы для лежачих больных, она их еще до переезда предлагала отдать с самовывозом, однако люди так и не приехали. Потом они затерялись и вот нашлись. Очень кстати. Инна постелила щенятам, собака одобрила. Мягко лежать.
Не мудрствуя лукаво, Инна свернула ковер конвертом, запихала в старую гофру и оттащила ее на помойку. Чуть не надорвалась от такой тяжести.
— Так пупок развяжется, — проворчала она, с трудом разгибаясь.
Живот заныл. По срокам вроде пора. О! Гости на пороге. Не сегодня-завтра начнется. Она почувствовала облегчение при мысли, что все обойдется, и одновременно странное огорчение, что ничего не будет. Инна понимала, что Сергей не будет с ней вечно. А вот ребенок? Это же навсегда, не так ли? Мужчины уходят и приходят, а дети остаются. Но… но… Нет, не потянет она малыша. Самой бы как-то выжить.
Накатила грусть.
Дома хотела заранее принять таблетку, но передумала. Вроде голова еще не болит. Возьмет с собой и выпьет, когда совсем прижмет. Лишь бы не на выставке. И «запчасти» надо взять, не забыть. Как ответственное мероприятие на носу, так организм готовит подлянку.
И Сергею будет облом. Он наверняка позовет в гости после выставки — и вот, нате. Свидание срывается.
— Лора, Лора… Эх, Лора.
— Вуф! — показался из коробки мокрый черный нос.
— Ничего, прорвемся.
Девушка порисовала, помаялась еще немножко и решила прогуляться до магазина. Там долго гуляла, смотрела, выбирала по чуть-чуть, мысленно считая, чтобы уложиться в отведенную сумму. Как обычно, хотелось сладкого. И еще почему-то вредной еды. Чипсы — сто рэ! За восемьдесят граммов! Они с ума сошли, что ли? Но рука сама потянулась к пакету.
— Попа вырастет… — положила обратно.
Нет уж, возьмет!!! А кефир выложит. Вот. Да что же это такое? Пошла обратно к молочному отделу, потом круг к кассам с другой стороны. Возле отдела с бытовой техникой вперилась в экран. Передавали, что возле реки нашли обгоревшую машину с двумя трупами. Машина принадлежала Семену Андреевичу Гурину, ранее судимому неработающему гражданину двадцати семи лет. Внутри предположительно владелец машины и неустановленное лицо. Личности покойных и обстоятельства совершения преступления уточняются.
— Семен.
Того парня звали Сема. Михай так его называл. Неужели… та самая машина? Нет, не может быть! Инна хотела позвонить брату, но не стала. Боже, боже, боже мой. Ну и денек.
Она знала, что парней, которые ее похитили, больше нет, но это держалось на окраине сознания, просто как факт. Тогда было не до того. Приходила в себя, лечила нервы. Девушка не хотела думать,
Внезапно охватил страх за себя и своих мужчин. Вдруг узнают, что они там были? Наверняка кто-то мог видеть машину.
Инна поспешила на кассу, расплатилась и помчалась домой.
Брат позвонил ей сам. Тоже видел выпуск новостей. Велел молчать, если вдруг будут спрашивать. Ничего не знает.
— Как они узнают, что те парни здесь были? — удивилась Инна.
— Проверят перемещения мобильного по сотам. Владельца машины знают, дальше — дело нехитрое.
— Понятно, — вздохнула девушка. — Будут опрашивать жильцов.
— Да, здесь и еще на Свердлова, где машина останавливалась. Кто входил и выходил, кто что видел.
— А вдруг Марипална увидит милицию и скажет? — испугалась она.
— Не скажет, — успокоил он. — Что она видела? Как тебя в машину заталкивали, и все. Это к делу не пришьешь. И потом, ей придется объяснить, почему она не позвонила в полицию, когда похищали соседку.
— И все-таки.
