Неужели опять проблемы с криминалом и надо прятаться? Все думала, как там дома собака, и вообще реал навалился. Столько дел перед Новым годом.
— Могу и домой, — вкрадчиво ответил он. — Торт твой пропадет.
Знал, чем заманить. Подтрунивал над ней? Похоже на то.
— Но… — она все еще колебалась.
— Как знаешь.
Лицо у него непроницаемое, спокойное, смотрит изучающее, но она прямо кожей ощущает его раздражение. Не по его вышло, заставлять не стал, однако злится.
— Давай подбросишь до проспекта? — предложила она. — Все равно потом поедешь на работу, я там выйду и доеду на автобусе.
— Не дури, — теперь видно, что разозлился. — Довезу до дома в лучшем виде.
Что он, совсем с ума сошел — свою женщину на улице высаживать. Не те отношения. Если уж заботиться, то до конца, а не только тогда, когда что-то нужно — секс там или просто общение со скуки.
— Может, на чай? — предложила она. — Позавтракаем вместе.
— На чай, — ему стало смешно, и раздражение потихоньку уходило. — Ладно.
— И на торт, — Инна сжала его руку, и их пальцы переплелись.
Еще один компромисс и маленькое примирение.
Утром съехали из гостиницы, даже завтракать не стали. Домчали до места быстро. На новой квартире-однушке в центре был какой-то нереальный ремонт в скандинавском стиле. Кругом дерево, все светлое, экологичное и практичное. Там, где у всех нормальных людей арка из комнаты на кухню, стены не было вообще. Кухня в точности такая, как Инна видела в Киркенесе, где была пару раз.
Она тогда останавливалась в коттедже с подругами. Им предложили съездить от художественной школы на выходные, порисовать фьорды на пренэре. До сих пор приятно вспомнить. Не пожалела.
Ванну с туалетом совместили, а вместо коридора, куда опять же все нормальные люди ставили холодильник — сауна! Настоящая. На три посадочных места. Инна уже знала, что Сергей любит баню, но не ожидала, чтобы настолько сильно. И потом: зачем? Рядом же центральная городская баня. Всего через два дома.
И еще пирожковая в соседнем здании. Наверное, прекрасно с утра не готовить, а спуститься туда, сделать заказ и позавтракать перед тем, как отправиться на работу.
— Ой! Здорово! — только и сказала она.
Серый велел выгружать продукты и ставить чайник, а сам пошел в комнату, чтобы позвонить по телефону. Игорь Панин с Иванченко сегодня едут общаться с чеченами. Вообще-то сферы влияния давно поделены еще в Москве, но и тут случались трения. Надо было разделить «свое» и «чужое», чтобы не было новой войны. Участия Серого не требовалось, и он облегченно вздохнул.
Зато главный попросил его съездить в порт, встретиться с начальником бывшего портофлота или с кем-нибудь, кто в состоянии их свести на нейтральной территории.
— В неформальной обстановке, говорите? — переспросил Серый.
— А хоть бы и на обед пригласил? — ответил Иванченко. — Сразу подобреет. И посторонних ушей меньше.
Вот и пригодится визитка любовника Светланы. Тот вхож в любые двери, если это касается флота и морских перевозок. Потому что, кроме него, никаких полезных знакомств у Серого не было. Можно разведать, попытка не пытка.
— Документы я оставил у Гринева, — закончил главный. — Заскочишь в офис, возьмешь. Изучи сначала. Вопросы есть?
— Вопросов нет.
Наугад действовать — последнее дело. Серый догадывался, что вопрос касался растаможивания неких грузов, в которых были заинтересованы москвичи. Напрямую в таможню лучше не соваться, надо действовать окольно через своих людей в порту. Только наркотрафика им не хватало! Понятно теперь, о чем будет перетирать Панин с чеченами. Это их бизнес, и туда лучше не лезть.
Осталось понять, то ли московские люди теперь в доле, то ли просто решили оказать услугу чеченам. Но это не телефонный разговор. Из бумаг станет ясно.
Чуйка у Серого подавала сигналы тревоги. И чем больше он об этом думал, тем сильнее пахло жареным. Он еще на службе насмотрелся, чем кончают те, кто связался с наркотой. Высшие военные чины, которые курировали перевозки, и низшие — все увязали и гибли. Одни раньше, другие позже. То, что затеял Панин, могло вылиться в большие неприятности. Этот кусок пирога им не по зубам.
— Сергей! Чай готов!
И кофе. Это ей. Она обнаружила на кухне автоматическую кофеварку с остатками зерен. Нажала — мелет, варит напиток с пенкой, прямо как в кафе. Только воды налить и кнопочку нажать.
Когда Сергей вез ее домой, позвонил дядя Миша из галереи. Вообще-то он ей не дядя, а муж ее родной тетки. Но помогал, пока ему это было выгодно. Он передал, что надо успеть подать заявку на выставку «Заполярье». Для начинающей художницы было бы неплохо выставляться там. Если не слава, то уже признание.
— У тебя есть несколько подходящих пейзажей, — сказал он. — И Адониса привози, того, что с цветами. Повесим рядом с саамской перепевкой Гогена.
— А, понятно, — девушка вспомнила картину, которую рисовала ее коллега по цеху, Марина Коган.
