И как вовремя брат свалил на смену, иначе пришлось бы объясняться. Все-таки он до сих пор считал ее маленькой. Зато Инна с недавних пор, то есть со встречи с бабкой, решила, что не будет оправдываться за свои чувства.
Это ее жизнь и выбор. Пусть даже не такой, как мечталось.
Но, странное дело, она ни капли не жалела.
Серый въехал, осмотрелся и обнаружил на посту бедного Юру, которого еще никто не сменил. Тот скучал в машине у соседнего дома, откуда отлично просматривался крайний подъезд и примыкающая к нему часть двора.
— Эй, — постучал Серый по окошку.
Парень опустил стекло.
— Здрасте, Сергей Викторович.
— Можешь отдыхать, я девчонку забираю до завтра.
— Спасибо! — обрадовался он. — Только позвоню начальству.
— Добро. А так кто еще был?
— Эти, — ответил парень. — Вон, сидит, кукует.
С торца дома, возле вставки притулился еще один автомобиль, неприметная серая нива. Фары не горели, свет в салоне тоже. Внутри кто-то сидел. Значит, это особисты. Понятно. Но на каждую хитрую гайку найдется х… э-э… винт с резьбой.
— Погоди, не отъезжай пока, — велел он парню.
Серый отогнал свою машину к соседнему дому, достал подарок и загажника, вернулся и сказал:
— Мы скоро. Как выйдем, встанешь на дороге и заблокируешь выезд. Минут пять нам дай, хорошо?
— Да, Сергей Викторович!!! — сразу сообразил Юра.
Потому что нех… мешать нормальным людям отдыхать и праздновать.
Инна открыла и впустила Сергея. И сразу же обняла, словно сто лет не виделись.
— Погоди, сейчас.
Он поставил пакет с подарком на чистое. Инна с любопытством уставилась: что это он принес? Непонятно. Подарок? Ей? Сразу захотелось влезть и пошарить внутри, как делала Лора, когда приносили сумки с покупками.
Мужчина скинул куртку и разулся, но сразу предупредил:
— Ненадолго, хорошо?
— Ой, я тут ужин приготовила.
— Это можно, — усмехнулся Серый.
Первое, второе и компот. Война войной, а обед по расписанию. Посмотрим, что там у нее. Попробовал, одобрил.
— Лучше, чем в ресторане, — оценил он ее оливье. — Как это так?
Девчонка сразу расцвела, раскраснелась от удовольствия, даже кончики ушей зарделись.
— Я горошек не добавляю, — раскрыла она секрет. — Иначе раскиснет. Так бабушка делала. Сверху кладу перед подачей.
Инна почему-то вспомнила кино «Самая обаятельная и привлекательная». Типа, нельзя раскрывать секретные рецепты пирожков и как замачивать в керосине резинки. Но слово не воробей. Так бы он думал, что она супер-пупер повар, а она, шляпа, сама все рассказала.
Курицу тоже съел с аппетитом, хотя и без комплиментов. Вот поэтому она так обрадовалась. Этот мужчина редко одобряет. Тем приятнее слышать это.
— Я тебя хотела поздравить, — сказала она, когда пили чай. — Вообще-то завтра, но сегодня тоже, наверное, можно.
— Ну, поздравляй.
Серый поощрительно улыбнулся. Ему было любопытно, что она приготовила. Инна встала и потянула его за руку в комнату. Там она развернула и поставила на мольберт картину.
— Ну как?
Он молчал. Не понравилось? О, нет! Ну, скажи что-нибудь? Инне казалось, она сейчас умрет, провалится сквозь землю. Глупая идея, значит. Сама виновата.
На картине был изображен лежащий волк. Но не оскаленный, как на его татуировке, а спокойный, расслабленный и довольный жизнью. Он отдыхал на поле, густо поросшем золотыми одуванчиками. Ярко-желтая полоса расходилась с двух сторон, как крылья, и уходила куда-то за горизонт. Некоторые уже отцвели, и семена-парашютики взлетали ввысь, уносимые ветром.
Серый смотрел и узнавал. Ёшкин кот, это же эмблема ВДВ! Волк, крылья и парашюты. Зверь вообще как живой получился. Одно ухо рваное, матерый такой, жизнью побитый. Заслуженный ветеран. Отдыхает, но видно, что это кажущееся спокойствие. Безоблачное, мирное небо над головой. И ветер. Он никогда не думал, что можно нарисовать ветер, но это так. Инна действительно талант.
— Не нравится? — жалобно спросила она и посмотрела на него, словно он ранил ее своим равнодушием в самое сердце.
— Очень.
Он прокашлялся. Почему-то в горле пересохло.
— Я заберу?
— Конечно! — обрадовалась она. — Я сейчас. Упакую…
Она сняла картину, пока он не передумал, и начала заворачивать обратно.
— Это тебе, — услышала она и обернулась. — Ну, что смотришь? Открывай.
Инна с любопытством вытащила коробку. Тяжелая. Что там? На фото какая-то кухонная гравицапа.
— Это что?
Неужели то, о чем она подумала? На картинке шайтан-машина, похожая на ту, что стояла на съемной квартире. Только девачкового белого цвета. Миленько. Не черный и не хром.
— Кофеварка, — подтвердил он.
— О! — она не торопилась открывать. — Дорого, наверное.
В коробке некстати оставлен чек. Она взяла и повертела в руках, меняясь в лице и мрачнея. Надо было спрятать, не догадался.
— Бери.
Серый начал сердиться. Опять все шло не по плану, и вручение подарка превращалось в хитрый квест. Другая бы на ее месте… Но то — другая. А Инна — это Инна.
— Нет! — замотала она головой.
— Ладно.
Он засунул коробку в пакет и пошел к выходу.
— Ты куда? — растерялась девушка.
— На помойку отнесу и вернусь, — весело ответил он.
