– Как это? – удивился я. – Ведь настоящую Анну провезли во дворец в сопровождении ее дяди. Это видела охрана…
– Привезли – да. Ее видели следующим днем в последний раз. А потом никто не смог точно сказать, что случилось.
– Как же так? Но ведь кто-то должен знать! – воскликнул я.
– Кто-то точно знает, но это оказалось слишком сложно, поэтому я постарался вникнуть в причины.
– Дотошный, – Элен закинула ногу на стол и с интересом посмотрела на Дитера.
– Благодарю, – хмыкнул немец. – Максим, ты хотя бы раз задумался над тем, почему внезапно средняя дочь императора оказалась одна за пределами дворца или заведений, которые она обычно посещает?
– Бежала от чего-то, не знаю. Она говорила, что ей надоела старая жизнь, но то была как будто бы и не она вовсе. Тут все очень запутано. Говори, что ты узнал!
– Многие из тех, кто предоставил мне информацию, отдельно выделили, что девушка вела себя крайне странно в последние недели.
– Это я и так знал, тот же профессор Подбельский рассказывал мне об этом.
– Тот тип в дешевом пурпуре? – фон Кляйстер скривил губы. – Странный. Немного ненормальный, как по мне. С ним я разговаривал лично, потому что он сам ко мне подошел.
– Сам?? Ты представился?
– Для него я Ганс Рюйтер. Он с удовольствием побеседовал о каких-то там теориях, пожаловался на молодежь, как и полагается старику.
– А что он сказал про Анну?
– Ничего.
– Она посещает его лекции в Императорском Университете.
– Я не знал, – ростовщик прошелся по кабинету. – Я завел разговор про императорскую семью, и он выдал несколько расхожих фраз.
– Так что мы имеем в конечном счете? – не стерпел я. – Ты говорил и узнавал, а дальше что? Мы так ничего и не знаем. Ее дядя, который меня успешно перепил, в прошлую нашу встречу думал, что она в германских землях. Потому что ему так сказали. Про то, что меня не пустили во дворец, когда я рвался на встречу к нему, тоже сказал странные вещи – Третье отделение крайне не рекомендовало.
– Ты знаешь мое мнение относительно Третьего – хороших людей там нет.
– Нам нужен новый план, Дитер. Срочно. Сегодня. Сейчас же! У девушки двойник – шансы найти в два раза выше…
– Двойник? – Элен даже убрала ногу со стола. – Ты не говорил о двойнике! Ты ведь обещал не врать!
– Я и не врал. Послушай… Погоди, куда ты?
– Все это зашло слишком далеко! Не хочу иметь с тобой никаких дел! – девушка выпрямилась и гордо прошла мимо. – Всего!
И бахнув дверью, вышла из кабинета.
– Ты должен был ей все рассказать сразу, – немец с грустью поглядел ей вслед.
– Я рассказал то, что считал нужным. И про двойника – единственное, о чем я умолчал.
– Зачем, если обещал был честным? – удивился Дитер.
Я посмотрел на дверь за своей спиной, чтобы убедиться, что она закрыта и Элен, если была неподалеку, ничего не услышат.
– Потому что она вполне симпатичная девушка, я ей нравлюсь, и я не смог бы устоять перед ее напором.
Немец долго смотрел на меня с серьезным видом, а потом расхохотался и смеялся так долго, что я начал бояться – а не задохнется ли он. Но Дитер наконец-то остановился.
– Если профессор странный тип, то ты – настоящий безумец! Обидел девушку отказом тогда и сейчас еще больше! – его очень забавляла эта ситуация. – Думал, что из-за принцессы она перестанет к тебе хорошо относиться?
– Нет, просто я…
– Ты просто оскорбил ее. Причем очень сильно. Но твоя история с принцессой и ее двойником… как ты понял кто есть кто? Ведь я так понимаю, ты общался с обеими. И только не говори мне, что раз она тебя так зацепила, ты не воспользовался шансом.
– Серьезно, Дитер? Ты хочешь сейчас поговорить об этом?
– Я вполне серьезно. Удовлетвори мое любопытство. Успокой меня, что ты не прыщавый романтик, а хотя бы знаешь, чего ради отвергаешь прекрасную девушку.
– Хорошо, – нехотя ответил я. – Хорошо! Воспользовался! – мне было неприятно это говорить.
– С ней или ее двойником? М?
– С обеими! Доволен?! – сердился в ответ на новую порцию хохота.
– Доволен, ты меня не разочаровал, фью… – присвистнул он. – Хотя бы с этим у тебя в голове полный порядок. А теперь перейдем к плану. Я считаю, что нам надо подкупить караул у дворца.
Дверь за моей спиной отворилась, и я обернулся: вернулась Элен.
– Ты же ушла, – недоверчиво произнес я, но из-за ее спины появился еще один человек и Дитер с шумом уронив трость, бросился к столу.
Вошедший был в капюшоне, из-под которого виднелся только длинный безобразный нос и пара седых длинных прядей. Однако он не проявлял никакой агрессии.
Элен отошла в сторону и встала за моим креслом. Ростовщик уже стоял с пистолетом в руке:
– Кто ты такой? – громко и твердо спросил он, взведя курок.
Незнакомец то ли кашлянул, то ли чихнул, поднял руки к лицу и потянул себя за кончик носа. Накладной материал оторвался, оставив после себя четкую грань между гримированной частью лица и нормальным носом. Второй рукой он снял парик.
– Я – Павел Трубецкой. Привет, Максим, – повернулся он мне. – Рад, что ты хорошо себя чувствуешь.
– Ты его знаешь? – Дитер потряс пистолетом.
– Знает-знает, – ответил шпион вместо меня. – Третье отделение к вашим услугам.
