– Нет, я вам помочь не могу. Я могу только натолкнуть на некоторые мысли и дать часть информации. У вас есть люди, которых вы не засветили на сегодняшнем балу?
– Есть, – кивнул Дитер.
– Отлично. Используйте их с умом. Насколько вы уверены в их лояльности?
– Достаточно, – сухо ответил фон Кляйстер.
– Что ж. Тогда завтра в полдень мой человек оставит вам список всех, кто входил и выходил из дворца с момента, как Анну привезли из поместья.
– Чем нам это поможет? – спросил я.
– В этом списке вы найдете полезную информацию, проанализируете ее и, вероятно, найдете принцессу.
– Так ты уверен, что ее увезли? Что ее не держат где-то в подземелье? – набросился я с вопросами на шпиона.
– Гарантирую. Ее нет во дворце. Даже человека, которого скрывают, надо кормить. А никто из слуг не менял маршруты. Регламент остался неизменным.
– Как там все сложно, – протянула Элен, до того внимательно на слушавшая.
– Вдаль, за пределы города, транспорт не выезжал. Но это не значит, что Анну не увезли далеко, – продолжил рассуждать Трубецкой. – Впрочем, все выводы вы сделаете самостоятельно. Завтра заберите список из проезда между Большой Транспортной и Восточной.
– Это же…
– Да, далеко отсюда.
– За моим человеком могут следить. Я не могу привести их прямо сюда. А вы постарайтесь не попасться, – напутствовал шпион.
– Но чем займешься ты?
– Тем же, чем и раньше. Иначе вызову массу подозрений. Их и так немало. Мне пора, – Павел быстро встал со стула и принялся маскироваться, примазывая на место уродливый нос, накинул парик, капюшон и вышел, оставив меня в тревоге, а Дитера и Элен – и вовсе в недоумении после своего визита.
Никто не понял, что впереди еще больше суток. Десятки часов ожидания. Поэтому, когда экипаж отвез нас в гостиницу, я долго не мог уснуть, а к моменту, когда солнце встало, и вовсе вскочил.
– Хватит уже! – не выдержала Элен, приподнявшись на кровати. – И так тошно от всего твоего вранья, так еще и спать не даешь. С радостью бы сама ушла, но Дитер попросил присмотреть за тобой. Несмотря на все, что ты наговорил.
– Не такая это и проблема, – огрызнулся я. – Подумаешь, соврал немного. Какая вообще разница, откуда я? Это что, здесь так важно? Или для тебя конкретно?
– О боже! – девушка рухнула обратно, раскинув руки. – Ничего ты не понимаешь. Ты вцепился в свою принцессу, не зная, кто есть кто, – а потом поднялась снова: – да тебе же плевать на всех. Просто признаться в этом боишься.
– Неправда, – возмутился я. – Не плевать. Я помог тебе. И Дитеру.
– Ты попросту оказался в нужном месте и в нужное время. Если бы не твой ростовщик, то ты бы и не узнал о графе. Если бы не я – не смог бы добраться до денег. Даже с реализацией ты справился только потому, что занял чужое место. А как ты вообще добрался до настоящего барона? – прищурилась она. – Вряд ли тебе настолько повезло!
Я молчал, поджав губы. В чем-то она была права. Мне действительно почти во всем везло, но обижаться на меня из-за того, что соврал?
– А как ты вообще там оказался?? Кто тебе подсказал? Если ты не отсюда, то не мог знать о бароне.
– Вчерашний гость мне подсказал.
– Во что я ввязалась, – Элен снова зарылась в перину. – Третье, император. Это же политика! А если посадят?
– Не посадят, – мрачно ответил я. – Наверно.
– Теперь у меня плохое предчувствие, – простонала она.
– Перестань. И извини меня.
– Не извиню. Врун!
– Я не думаю, что ты бы нормально восприняла эту новость. Сочла бы меня психом. Или кем похуже. Разве нет?
Теперь Элен всерьез озадачилась сказанным. Она подсунула подушку под спину и поправила ночную рубашку:
– Может, ты и прав. Тебя можно понять, но лишь отчасти.
– Все, ты уже не сердишься? – с надеждой в голосе спросил я.
– Шутишь? Вот так вот сразу? Ты как из дикого леса. И не надейся!
С этими словами она развернулась и укрылась одеялом.
– Ха-ха, – уныло выдавил я и отправился на улицу. В номере делать было больше нечего.
Завтрак в ближайшем кафе – в отеле я вообще не хотел оставаться. Просто шел вперед, пока яркая вывеска не привлекла мое внимание. Заказал себе яичницу и кофе, а потом дополнил еще и бутербродом, который здесь внушительно назывался «батон с колбасой». Хихикать с этого ничуть не хотелось – настрой не удалось поднять даже при помощи двух порций кофе.
Расплатившись, я вернулся обратно в номер. Элен уже была на ногах:
– Дитер звонил. Завтра утром ты с Аланом едешь забирать документы.
– Почему я?
– Он не объяснил.
– Но ведь Павел сказал, чтобы шли те, кто не засветился.
– Значит, маскируйся, как твой глубоко…уважаемый Павел.
– Ты что, снова сердишься? – меня задело ее поведение.
– Я и не переставала, – Элен отвернулась, а потом и вовсе вернулась в кровать.
Прямо какая-то ссора между мужем и женой. С горем пополам день прошел и следующим утром я спустился к стойке регистрации, когда меня вызвали оттуда к Алану.
– В этом мире нельзя ничего желать, – мрачно заметил я, нехотя пожав его руку.
– О чем ты?
– Да так. Мелочи.
