То, что фон Кляйстер не продырявил его на месте, должно быть, чистая случайность. Шок. Весь вид немца говорил о том, что он поражен наглостью посетителя. Но на этом Павел не остановился.
– Уберите оружие, Дитер. Я пришел сюда не за кем-то из вас.
– Как ты вообще сюда попал?
– У нас много разных способов вскрывать даже самые сложные замки. Говорят, что у вас здесь даже есть сейф?
– Я не собираюсь отвечать на такие вопросы! – рявкнул Дитер, но опустил пистолет.
– Не нужно. Я это и так знаю. Судя по тому, что он скрыт… хм… максимум минута, чтобы узнать, что в нем лежит, – с легкой улыбкой закончил Павел.
– Сделаешь шаг – получишь пулю, – предупредил его немец.
– Хорошо. Ладно. Я просто хотел разрядить обстановку. Вы так веселились здесь…
– Так ты все слышал? – выпалил я. – Как давно ты был за дверью?
– Когда Элен вышла, я уже был снаружи.
– Значит… и ты все слышала, – расстроенно добавил я.
– И еще не решила, насколько сильно я тебя теперь ненавижу, – процедила она сквозь зубы. – Наглый лгун. Сво…
– Хватит! – Павел повысил голос. – У нас очень мало времени. У меня мало времени. Не нужно тратить его на разборки. Вы заявились во дворец. Некоторым хватило ума пристать к Сергею Николаевичу. В то время как я просил вообще не высовывать носа!
– Похоже, что сегодня у нас день открытий, – теперь Дитер посмотрел на меня. – Как давно ты знаешь эту ищейку?
– Я… – в голове смешались мысли. Врать еще? Я посмотрел на Трубецкого, но тот изучал кабинет и, казалось, совершенно не обиделся на слова Дитера. – Я… Если уж вы все так внезапно принялись считать меня лжецом, пожалуйста. Будет вам правда.
– Максим! – угрожающе начал Трубецкой.
– Что «Максим»? Как будто такое каждый день происходит! Пусть знают!
– Не говори лишнего. Эти люди…
Я, что было сил, ахнул кулаком по столу и покрыл шпиона таким трехэтажным, что он тут же замолчал, а немец едва не выронил пистолет. Правда, при этом я и сам мотнулся, что подпортило эффект.
– Эти люди помогали мне, совершенно не зная, кто я такой! Им можно доверять. Я не отсюда. Я из другого мира. Да, Дитер, существует еще один мир, где императорской власти нет и творится дичь почище, чем здесь. Там я встретился с Тарасом. Он пытался убить меня, но ему не повезло. В мой мир занесло принцессу. Подбельского. И его.
– Ты бредишь, – с каким-то отвращением выговорила Элен.
– Не бредит. Он говорит правду, – подтвердил мои слова Трубецкой после короткой паузы. – Я там был. Тарас тоже – и явно не в первый раз. Он отлично ориентировался в новом для него мире. Так и ты его знал, господин ростовщик?
– Что за другой мир? – Дитер пропустил мимо ушей слова шпиона. – Да еще без императорской власти? Звучит как какая-то выдумка.
– Это не выдумка. То, что не удалось здесь сто с лишним лет назад, в мире Максима успешно реализовалось. А в результате привело только к новым катастрофам.
– Каким же, например? – недоверчиво спросил ростовщик, пока Элен, хмурясь, смотрела на меня.
– Таким, что Великая Война стала лишь Первой. Достаточно красноречиво?
– Более чем, – тихо ответил Дитер и посмотрел по очереди на меня и шпиона. – Значит, правда. Многое проясняет. Для меня, во всяком случае. И проблему с паспортом, и знакомство с Тарасом. Черт возьми… другой мир… – потрясенно добавил он.
– Я теперь тоже понимаю, что к чему, – так же тихо произнесла Элен. – Но это не значит, что я готова тебя простить! – гораздо громче добавила она.
– Простишь позже, – Павел снова переключил внимание на себя. – Потому что проблема принцессы – это не только задача для меня или Максима, который так активно ее ищет. Проблема сложнее и глубже. Вся система сейчас расшатывается, но никто не может связать все воедино.
– В политику нас втянуть хочешь? – прищурилась Элен. – Я – пас!
– Вы уже в этом, хотите вы того или нет. Вас видели с Максимом на балу. Дитер в меньшей степени под ударом, но тоже засветился своими расспросами.
– Я же действовал через других! – воскликнул фон Кляйстер.
– И увеличил количество людей, кто знает твою фамилию вдвое. Не удивляйся неожиданным визитам и будь готов ко всему. Дружеский совет. Не пренебрегай им.
– Надеюсь, не придется им пользоваться.
– Ближе к делу: Анны во дворце нет.
– Мы знаем! – мы втроем ответили в один голос.
– Отлично. Что еще вы выяснили?
– Что ее никто не видел на следующий день после того, как я вернул ее во дворец, – вставил я.
– А потом никто не видел?
– Да.
– Есть подозрение, что ее вывезли. Тайком. Я считаю, что так кто-то хочет вывести себя из-под удара, – предположил Павел. – Но это пока лишь только предположение. Как и то, что мелкие «трудности» в отдаленных губерниях, тоже можно подвязать к этому делу. Кто-то упорно ослабляет влияние семьи Романовых. Дискредитирует их, подводит под удар.
– Так, а что же вы, Третье отделение? – спросил Дитер, усаживаясь в свое кресло. Руку он держал недалеко от пистолета.
– Я – не все Третье. Меня не допускают до некоторых аспектов этого дела. Это наводит на некоторые мысли.
– Что все зашло слишком далеко, – кивнул я. – Но раз ты пришел сюда, ты можешь нам помочь.
