– Нет?? – крик Дитера можно было услышать по территории всего дворца. – Почему?
– Ее дядя сказал, что ее здесь нет. Вообще нет, во дворце.
– И все? – скептически заметил немец.
– А дальше я отключился. Всего пять или шесть стопок было… – принялся оправдываться я, но это все равно был провал. Столько подготовки и усилий ради пустого.
– «Всего пять или шесть» – передразнил вдруг фон Кляйстер. – А литр крови, смытый с пола, забыл? Для тебя эти пять стопок все равно что бутылка залпом. Некоторые такое могут и не пережить вовсе.
– Толку от этого! – я попробовал встать, но безуспешно. – Нет толку! – выдохнул я и с горечью посмотрел на немца. – Если ее нет во дворце, как я буду искать ее на целом континенте? Может, ее и в городе нет!
– Мы что-нибудь придумаем, не унывай. Найдем, у кого спросить.
– Да, как же, – пробубнил я себе под нос. – Здесь такая чертовщина творится…
– Не верю ни в какую мистику и ни в каких чертей. Максим, здесь самые обычные люди. Если знают, но не могут сказать – поможем. Не захотят – заставим.
– Как же… – фыркнул я, услышав знакомые, но слегка трансформированные слова.
– Ты забываешь, что возможности за гранью закона куда шире, чем кажутся.
Немец подошел и помог мне встать, даже для вида отряхнул, а потом поморщился.
– Несет от тебя… будь здоров. На вечере, я уверен, тебе лучше не появляться. Элен найдет компанию без тебя, а я займусь поисками информации о твоей принцессе.
– Спасибо, – иголочки продолжали бегать по моим рукам. – Но куда…
– Тебя ждет твой «бугатти», юный барон. Там и посидишь. Я пришлю тебе воды. Остальное, если пожелаешь, попросишь у официанта.
– Я даже не знаю…
– Пустое, – Дитер довел меня до автомобиля и усадил внутрь. – Когда я тебя встретил в первый раз, то подумал, что тебя можно отлично использовать. После Белосельского, решил «вложиться» в тебя… Так что какое-то время ты и правда был моим должником, но я это скрывал, хотел посмотреть, как ты будешь работать.
Я хотел возмутиться, но мозг работал настолько медленно, что я не успел и слова сказать, только лишь подумать, как фон Кляйстер продолжил:
– И графа я тебе давать не хотел. Слишком велик риск был. А теперь за все, что я делаю, можешь меня не благодарить – я отдаю свой долг и будь уверен, отдам его полностью.
– Все равно спасибо, – успел выпалить я, прежде чем фон Кляйстер захлопнул дверь.
– Пустое, – повторил он, удаляясь прочь от роскошного автомобиля.
Пятью минутами позже мне принесли воды, но большего мне и не потребовалось, поэтому от дальнейших услуг официанта я отказался. В машине было полно места – и я решил использовать его полностью.
Немного приведя себя в порядок, я снял обувь, лег на заднем сиденье и почти сразу уснул.
Разбудил меня очень и очень болезненный тычок под ребра. Боль остро отдалась где-то внутри, и я тут же вскочил, едва не ударившись головой. Рядом сидели Дитер и Элен. Девушка поджала губы, но в ее взгляде я не встретил холодности.
– Приехали, – немец казался уставшим. – Время позднее, но нам надо поговорить.
Я чувствовал себя гораздо лучше. Глубокая ночь тонко намекала – продрых я не один час. Хрустнув шеей, я вышел в ночную прохладу, и «бугатти» тут же укатил, неспешно постукивая на стыках брусчатки.
Мы снова были в кабинете ростовщика в его таверне. Поздний час, посетители отсутствовали и даже за стойкой я никого не увидел.
– Я долго спал? – вырвалось у меня, потому что никто не хотел начинать разговор первым.
– Сейчас четыре часа утра, друг мой. Уже четыре утра.
– Еще только четыре утра, – поправила его Элен. – Праздник до сих пор продолжается.
Я понимал, что она недовольна. Ее праздник сорвался, а винила она только меня. И была отчасти права – я мог бы и сам прикинуть, что еще не до конца восстановился.
– Послушай, Элен, – я икнул и поспешил присесть – кабинет как-то опасно покачнулся. – Я знаю, что очень виноват за то, что тебе не удалось…
– Оставь это словоблудие на потом, – девушка небрежно отмахнулась. – У тебя на лице написано, что ты чувствуешь себя самым виноватым человеком на свете. К тому же там оказалось не так весело, как я думала.
– П-правда?
– Да, – Элен присела в кресло Дитера и сделала недовольное лицо: – Деньги, деньги, деньги или то, что можно измерить деньгами: количество рабочих, заводы, новые корпуса, – она практически пропела последнее слово и добавила раздраженно: – ску-ко-ти-ща. И да, лучший мой танец за вечер оказался с тобой.
– Хоть одна приятная новость за ночь, – ответил я, выдавил из себя смешок и схватился за голову.
– О, уже нужны таблетки от похмелья? – немец спустился вниз, принес большой кувшин с водой и несколько стаканов, а также пластинку таблеток. – Пей, поможет сразу. Иначе не сможешь воспринимать все то, что я тебе расскажу.
– Так ты что-то узнал? – сразу же оживился я, чувствуя, к тому же, что таблетка начинает действовать. – Говори же!
– Я постарался действовать не сам, а через разных людей, чтобы не показаться подозрительным. Самое главное ты и так знаешь. Анны-Марии действительно нет во дворце. Причем довольно давно.
