Они оба упали, шумно, с грохотом. Троица встрепенулась, заслышав грохот. Я понял, что меня от них не отделяет ничего, а прятаться за опрокинутым столом – не лучшая затея. Мало того, что он может оказаться слишком слабой защитой, есть риск придавить эту парочку, развалившуюся на полу.
– Эй! – крикнул усатый, у которого на роже красовался совсем несимпатичный фингал. – Ни с места!
Он откинул плащ, как в дешевом вестерне, и потянулся за оружием. Я уже сидел, взведя курок у «стрельца», с рукояткой, сжатой в ладони. Пришла пора попрактиковать полученные у Ефимыча навыки и превращать их в привычку.
То, что усатый собирается вытащить оружие, я даже не сомневался. Он видел, что мы оба вооружены и вряд ли предпримет вторую попытку без огневой поддержки. Поэтому я не стал тянуть и выхватил оружие, прицелившись ему в бедро.
Я намеревался раз и навсегда отбить у него охоту носиться за нами по всему городу, но не убивать. Когда усатый достал оружие, его удивленный вид был неописуем.
– Я не двигаюсь, как ты и просил! – крикнул я. – Но, если ты сделаешь хотя бы шаг, я тебя подстрелю. Так что уходи и не мешай мне работать!
– Теперь я никуда не уйду! – услышал я в ответ. – Я…
Слушать что-то большее было необязательно. Я спустил курок, и пуля продырявила плащ усатого где-то в районе колена. Тот рухнул, как подкошенный, уже второй раз за вечер, и тоже выстрелил, разбив бутылку за стойкой.
Чтобы не дожидаться свинцового дождя, я укрылся за большой кадкой с растением непонятного цвета. Дождался, когда мимо пролетит пара пуль, слегка высунулся и несколько раз выстрелил в ответ.
Противник успел разбежаться по укрытиям. Даже усатого смогли спрятать. А вообще его личность – еще одно доказательство того, что все происходит циклично. Раз у нас снова начали отращивать косматые бороды после десятилетия торжества бритвенных станков, то здесь я видел то же самое, хотя выражалось это слегка иначе.
– И долго вы там лежать будете? – прикрикнул я на Быкова, перезарядил оружие и уложил пяток путь в дверной косяк повыше головы одного из нападавших. Просто для того, чтобы он обделался от страха.
Магазинами я забил все карманы и даже по одному в носке держал. Как чувствовал, что понадобится.
Сыщик отшвырнул оба стула и высунулся из-под стола вместе с Ирой, показал на мой пистолет. Я размеренно отстрелял еще несколько патронов, чтобы эти двое смогли укрыться.
– Вам отсюда все равно не уйти! – голос усатого теперь звучал слегка надрывно.
– Как в дешевом вестерне! – выругался я, снова меняя магазин. – Укатили в какую-то глушь, на вокзале встретили, теперь перестрелка в ресторане!
В ответ несколько пуль продырявили широкий лист растения, а одно меткое попадание и вовсе заставило стебель надломиться.
– Может быть, теперь вы расскажете нам, что происходит? – гневно спросил я Иру, которая сидела рядом на пятой точке и изо всех сил растирала голень, расстегнув сапог. – Быков! – взвыл я, заметив, что сыщик не сделал ни единого выстрела, повернулся к нему и увидел, что тот смотрит на тонкую дамскую ножку. – Хватит пялиться и помоги нам выбраться отсюда!
– Так в окно ж! – он ткнул пальцем в туманную улицу.
– Гениально, чтоб тебя, – я сжался, укрываясь от выбиваемых пулями щепок из деревянной кадушки. – Вы идти можете? – я тронул Иру за плечо.
– Могу, – ответила она и голос ее дрогнул. – У меня машина снаружи, я вас вывезу отсюда.
Как ни хотелось мне оставлять чемодан вещей в гостинице, другого выбора у нас не было. Я согласился. Быков расчехлил револьвер.
– Будем считать до трех? – спросил он.
– Как только сапог застегнет, – ответил я, приподнялся, уперся плечом в кадушку и приготовился.
Операция прошла без сучка и задоринки. Застежка-молния свистнула на сапоге Иры, я методично избавился еще от восьми патронов, а Быков опустошил барабан. Зато мы оказались на улице.
Ресторану при гостинице не на что жаловаться – местный ужин обошелся бы нам не дороже, чем в три рубля, а погром… уже не на моей совести.
Девушка нас не обманула – на улице стоял вседорожник на массивных колесах. Крупный настолько, что пришлось вставать на подножку, чтобы забраться внутрь. Автомобиль взревел двигателем, с присвистом развернулся на мокрой брусчатке и покатил по узким улицам.
Из кузова автомобиля я не мог назвать их узкими – пара таких махин, в которой мы ехали, спокойно могла бы в ряд пройти по любой из улочек. Но они были настолько кривыми, что только местные жители рискнули бы проехать по ним с той скоростью, с которой нас везла девушка.
Она некоторое время петляла по городу, пока нас с Аланом на заднем сиденье бросало из стороны в сторону и даже пару раз приложило о крышу. Я бы не возражал, если бы экскурсия по Вельску, месту загадочному и очень неприветливому, была не такой тряской.
– Приехали, – наконец отрапортовала Ира и выскользнула из автомобиля.
Я провел рукой по ребрам, чтобы убедиться, что у меня ничего не сломано. Быков выглядел примерно также. Он потянул за ручку и вывалился наружу, бледный, как смерть. Сомневаюсь, что я выглядел лучше.
