Через секунду Таня, наконец, была удостоена чести переступить порог и оказаться в святая святых будущей жены, но пока ещё всё-таки невесты. На большой постели её ждало платье насыщенного винного оттенка. В точно таком же уже была Ксюша. Они обе были не в восторге от этой идеи Алисы, но с беременными фигуристками спорить попросту опасно, а потому вынуждены были согласиться. В конце концов, это её праздник. И каждый из гостей будет стараться сделать его лучше, ярче и теплее.
— Через двадцать минут, — начала Таня, бросив короткий взгляд на настенные часы, а затем принимаясь завязывать на запястье аккуратный «браслет» из живых бутонов маленьких кустовых роз, переплетенный атласной лентой, — Алиса Калинина станет Алисой Мельниковой. Волнуешься?
Ксюша переглянулась с Алисой и заметила, как её глаза снова заблестели. Портить свадебный макияж было никак нельзя. Но и обсуждать Громова при Тане тоже было не лучшей идеей.
— Таня, — обратилась она к ней, буквально кожей ощущая, что Алиса держится из последних сил, — может, ты пойдешь вниз, в ресторан? И подождешь нас там?
— Ааа… — Таня, справившись с браслетом, непонимающе посмотрела на подруг. — А разве я не должна быть с невестой и сопровождать её? Я ведь вроде как сви…
— Вот и хватит с тебя! — оборвала её Ксюша, начиная буквально выталкивать Таню в коридор. — Тебе ещё танец со свидетелем танцевать! Так что оставь что-нибудь и для меня. Я провожу Алису к «алтарю», а ты жди там. Через двадцать минут встретимся!
— Я всё ещё надеюсь, что свидетель будет адекватный, — успела произнести Таня, повернув голову к Ксюше и пытаясь противостоять её намерениям.
— Адекватный — не факт, но красивый как Бог! — быстро пробубнила Ксюша, наконец вытолкав Таню из номера и захлопнув за ней дверь.
— Всё, надоело! — Ксюша, давая волю обуявшим её эмоциям, взяла с небольшой тумбочки свой телефон и, набрав Громова, подошла к окну. Смотреть на Алису, которая должна в эти секунды светиться от счастья, а не шмыгать носом, больше не было сил.
— О! — угрожающе воскликнула она, когда гудки оборвались. — Неужели король соизволил ответить на мой звонок?
— Добрый день, Ксюша, — улыбнулся Евгений, выходя из лифта и оглядываясь по сторонам в поисках номера, из которого должен был забрать Алису. — Я тоже очень рад слышать тебя.
— Где ты шляешься? — игнорируя приторное и наигранное дружелюбие собеседника, гневно продолжала Ксюша. — Знаешь, я долго молчала…
— Разве? — перебил её Громов, ускоряя шаг и ориентируясь уже не на цифры номеров, а на голос Ксении, который было слышно даже в коридоре. — Видимо, я в тот момент моргнул. Не помню, чтобы твой рот вообще закрывался…
Ксюша поперхнулась воздухом от такой наглости и в следующую секунду обрушила на Громова весь свой внушительный запас нецензурной брани. И поток этих слов был таким гневным и громким, что в порыве она даже не услышала, как скрипнула дверь. Алиса перевела на неё взгляд, и её губы растянулись в счастливой улыбке. Женя здесь! Она хотела броситься к нему в объятия, но Громов предостерегающе выставил свободную руку вперед, а затем и вовсе приложил указательный палец к губам. Алиса понимающе кивнула, продолжая улыбаться. Вот теперь всё будет потрясающе. Вот теперь все любимые люди рядом.
— И чего ты молчишь? Нечего сказать? Стыдно стало?! — продолжала кричать в телефон Ксюша, стоя спиной к Жене и Алисе.
— Перевариваю то, что о себе только что узнал, — деловито ответил Громов, убирая мобильный в карман строгих черных брюк.
Ксюша медленно обернулась, встречаясь взглядом с невинно улыбавшимся Женей.
— Скажи спасибо Алисе, — холодно начала она, — за то, что сегодня я тебя за такое не прибью.
— Спасибо, Алиса, — Евгений приложил ладонь к сердцу, а затем почтительно кивнул в сторону счастливой невесты.
— Если серьезно, — добавила она, на этот раз уже позволяя себе искренне улыбнуться. — То я очень рада тебя видеть.
— Я тоже, — улыбнулся Евгений, чувствуя себя на своем месте. Он дома. Он с родными людьми. И их огромную ценность он осознал лишь проведя месяц по другую сторону Атлантики.
***
Таня стояла у светлой арки, обвитой живыми цветами, и нервно сжимала пальцами подвеску, подаренную Женей. Она обвела взволнованным взглядом зал, в котором собирались гости. Их было немного — около сорока, но среди них Таня могла с легкостью узнать звезд мирового спорта, а также членов семьи Алисы или Арсения. В первом импровизированном ряду стояла такая же рыжеволосая, как и её дочь, Ирина Калинина, о чем-то трепетно беседуя со своим супругом. А в другом углу, на стороне жениха, Арина Мельникова приобнимала за плечи их с братом маму, что-то ласково нашептывая ей на ушко, желая успокоить и избавить от слёз умиления, вновь и вновь появлявшихся в её глазах.
