Через полчаса он сверкал в лихих тюркских нарядах.
– А лицо? – спросил Тюркют, смотря, как опытный Таррос спешно перетягивает свежий рубец по правилам десмургии.
– Давай перевяжем его черной повязкой. Поуже. Покрасивее. – Аят и Тюркют сосредоточенно советовались.
– Подожди. Я сбегаю за Булатом, он быстро сошьет ему повязку. – предложил Тюркют, устремясь а выходу.
Видев его рану, Аят расстроился.
Таррос сел. Он явно, волновался.
– Да брось ты. Я ж пошутил. Ты – настоящий мужик. Не каждый сможет так – растоптать свою гордость. Склонить голову. Ты молодец, воевода, молодец. Слышишь – браво, Диоикитис, браво! *
Через некоторое время пришел Булат с выпуклой заготовкой из черной кожи размером с куриное яйцо. Он померил длину тесьмы для головы Тарроса. Затем отрезал и быстро начал орудовать шилом и нитью.
– На, надень-ка! – старик-золотые руки протянул повязку жениху.
– Я сам. – Тюркют выхватил ее из рук и повязал на еще не зажившее место. – Готово! – он с победным видом обходил Аббаса кругом. – А ты – хорош!
– Да благословит тебя Аллах, и да ниспошлет Он тебе Свои благословения и да соединит Он вас во благе! – произнес Булат.
– Благодарю тебя, благой человек. – ответил командир.
– Пошли. – они повели Тарроса к Малику.
– Ты готова? – спросила Фатима.
– Да… – почти шепотом произнесла Дина.
– Я позову Малика. Агейп прекрасно руководит кухней – угощение почти готово! – весело произнесла жена бея. – Знаешь, мне бы на это понадобилось полдня. – добавила она, смеясь. – Какая же ты красивая… – Фатима улыбалась, смотря на Эрис. Мария занималась её лицом.
Эрис была одета в прекрасный наряд белого цвета с алой отделкой. Ее платье чем-то было похоже на то, которое Каллиста обманом выдала за своё. Голова Эрис была украшена белым шарфом, сверху был накинут алый атлас. Ее увенчали расшитой такия с нежными жемчугами и сияющими камнями. На тонком стане невесты был надет пояс с металлическими резными вставками.
– Я могла бы любоваться тобой еще час. Ну я пошла. Всё! – Фатима убежала к мужу. Эрис справлялась с волнением. Неужели день, когда она станет законной женой любимого мужчины, наступил?
Малик бей на выходе поймал бойцов с женихом и завел обратно.
– Оставайтесь, мы поставим вам с Диной шатёр. Пока пару дней поживете у неё. – предложил он.
– Нет, брат. Все эти люди… Дину смущало то, как на неё смотрят. Ей будет тяжело. Её уважают сослуживцы и народ. К тому же, она говорит, что здесь – опасно. Я и сам догадался – её хотели убить. Мы уйдем.
– Но куда?
– Дина говорит, тут неподалеку есть скрытое место. Пещера.
– Не будь глупцом. – сказал Тюркют. – Моя жена ждет ребенка, хотя свадьба была совсем недавно. Если вы уйдете, как будете жить? Надо подумать о благополучии детей.
– Знаю, брат. – ответил Аббас. – я сделаю всё, что нужно, сам.
– Хорошо. Твоё право. – согласился Малик. – Но ты знай об одном – ворота моего стойбища всегда открыты для тебя и сестренки. Днем и ночью. Летом и зимой.
– Спасибо. – Таррос благодарно пожал руку бея. Тот обнял его.
– Береги нашу Дину. Тебе досталось золото. – посоветовал умный бей.
– ИншаАллах. – сказал Таррос.
– Я пойду к ней. Тюркют, выведи жениха к невесте, как прикажу. А ты, Аят, иди и собери народ.
Эрис замирала. Ей до конца не верилось – а что, если её сердце остановится и ей не суждено стать супругой Тарроса-Аббаса? Или случится землетрясение? Или наступит Конец Света? Хотя нет, для Апокалипсиса еще рано…
Глупые мысли захватывали её.
– Абла! – голос Малика окатил её.
– Войдите…
В кииз воительницы вошли Фатима с мужем. В руке Малика был алый атласный шарф.
– Сестренка моя. – Малик не хотел заплакать. Но его глаза увлажнились сами. – Моя сестренка хороша не только на поле боя. Она умеет следить за домом. – он оглядел ее скромную чистую юрту. – Готовить и печь хлеб. Мы не раз наслаждались твоей стряпней. И такая красивая и умная сестренка подарит счастье моему брату по Вере. Дай Аллах тебе всего самого светлого. Дай Аллах праведных и здоровых детей. Дай вам Аллах счастья, любви, изобилия и Рай. – он завязывал ленту на поясе и говорил эти слова.
– Брат… – Эрис вытирала слезы. Беркут восторженно смотрел на невесту.
– Не лей слезы – испортишь мои труды! – корила ее Мария.
– Абла! – Мальчик позвал её.
Эрис села и обняла ребенка.
– Я люблю вас всех. Вы – моя семья. Спасибо вам за все… – она начала рыдать.
– Дочка. Перестань. – мама Амина вошла в шатер. Она потянула Эрис.
– Простите за всё. Простите… – Эрис поцеловала руку женщины и приложила ко лбу.
– Доченька моя. – мама Амина обняла её. – Слушайся мужа. Будь его опорой.
– ИншаАллах…
– Больше ничего не скажу – ты мудрая женщина. Все поймешь сама.
– Спасибо…
На улице Аят приказал солдатам греметь во все друмы – все-таки выходит замуж не простая девушка, а сама волчица кочевой стаи.
– Пора. – сказал Малик.
– Бисмиллях. – прошептала Дина и они переступили порог.
