Свет над нами включается. Гарри резко притягивает меня к себе.
– Всё, что есть в тебе, помогает мне найти моё сердце, – он обхватывает моё лицо, и так не было задумано.
– Послушай. Это всё правда, – шепчет Гарри.
– До этого я даже не знал своего имени…
– Ты просто не мог найти самого себя, – говорю я, и это точно слова не из песни.
Он мотает головой и усмехается.
– Тогда из-за темноты я ничего не видел.
– А сейчас вижу тебя и того, кем я могу быть, – быстро добавляет он. Моё сердце сейчас разорвётся от счастья внутри.
– Мои глаза никогда не станут такими, как раньше, – свет над нами гаснет, и наступает очередь Глории и Бруно на их сцене.
– Гарри…
– Нет, всё это чистая правда. Ты подарила мне такой шанс, о котором я даже не мечтал. Это всё ты. Теперь всегда ты. Вероятно, это больше, чем просто клей. Между нами больше, – Гарри быстро целует меня в губы и отталкивает от себя.
Поражённая его словами и признаниями, пытаюсь станцевать припев, но смотрю на Гарри, улыбающегося мне. Он не врал, и это всё, действительно, искренне. Я не могу поверить, если честно. Это такое открытие для меня сегодня. Всё открытие: и мои чувства, и его чувства. Да буквально всё. Мне хочется сказать ему что-то такое же красивое, как он мне. Но я не умею так. Надеюсь, что Гарри увидит в моих глазах отражение моего сердца, которое бьётся быстро и часто из-за него. Мне плевать, что он не хочет быть Эдом. Мне плевать на то, что его побудило измениться практически до неузнаваемости. Мне плевать сейчас на всё. Я вижу только его. Я вижу любовь.
Ребята добегают до нашей сцены, и везде мерцает свет, меня потряхивает. Я хватаю Гарри за руку, напряжённо ожидая взрывов за спиной.
– Он не смог, – шепчу я.
– Ещё немного, – упрямо отвечает Гарри.
– Я мог бы…
Слова Бруно тонут в залпе фейерверка за нашей спиной, и музыка снова включается. Поднимаю голову, смеясь от переполняющих меня эмоций, а над нашими головами горит надпись: «Дайте нам шанс». Получилось! Всё, что мы задумали. Небольшой фейерверк, огни и сверкающие в воздухе блёстки, падающие всем на головы. Лола визжит от восторга, то же делает и Кэсс, прыгая на Колла и целуя его.
Я даже не слышу музыки из-за свиста, криков и оваций. Глори обнимает меня, Лола целует в щёку. Все мои друзья поздравляют друг друга. На сцене появляется папа, и я подскакиваю к нему, обнимая за талию.
– Он стоит того, чтобы ты дала ему шанс, доченька. Стоит, – шепчет он, улыбаясь мне.
В моих глазах скапливаются слёзы от счастья, любви, стольких переживаний и радостных взглядов. Ребята прыгают под вновь играющий трек, держа друг друга за плечи. Вот и всё. И разве важны какие-то подписи? Каждый из нас получил большее от этого вечера.
Джозефина
Пританцовывая под музыку, предлагаю гостям оставшиеся пирожные и закуски, улыбаясь людям и принимая слова восхищения от того, что мы сделали. Я словно парю между ними. Действительно, парю. Шоу закончилось, вечеринка продолжается для всех. Играют записанные треки, Колл разливает напитки, ему помогают Кэсс и Бруно. Гарри ушёл с папой собирать оборудование. Девочки тоже ходят с подносами, приглашая всех выпить живительный коктейль от Колла. Но самое главное то, что сказал папа. Он, наконец-то, принял Гарри и дал ему зелёный свет. Может быть, и мне тоже дал его. Для меня мнение родителей всегда было очень важным. Если мама всегда поощряет меня во всём, то папа имеет всегда отличную от неё позицию, хотя и не запрещает делать то, что я задумала или решила. Но всё же, для меня важно, чтобы мои родители любили Гарри так же, как я люблю его. Ему нужна семья. Настоящая семья, потому что Нэнси я здесь пока не видела, да и не хочу, если честно. Она никогда не была нормальной матерью. А отца у Гарри никогда не было. Поэтому я с удовольствием поделюсь с ним своими родителями и, конечно, же собой. Особенно собой.
Хихикая от своих мыслей, дохожу до конца опушки, где на стульях сидят и улыбаются пожилые парочки. С улыбкой предлагаю им закуски, а они хвалят меня за то, как красиво всё сегодня сверкает.
Подпевая песне, останавливаюсь у незнакомого мужчины. Он высокий. С короткой стрижкой и в чёрном классическом костюме. И явно не в дешёвом. Может быть, из мэрии кто-то? Я не знаю его, хотя знаю здесь практически всех. Кого-то плохо помню, но уж точно когда-то видела, а вот его нет.
– Добрый вечер. Не хотите попробовать наши угощения? Они будут продаваться в новом заведении, которое мы планируем открыть? В них только качественные ингредиенты. Никакого пальмового масла и глютена. А также они с пониженным содержанием углеводов, и в них нет чистого сахара. Всё исключительно для того, чтобы ваше тело было в тонусе, – с улыбкой говорю заученный текст.
Мужчина кривится и осматривает меня с ног до головы, да ещё и с таким пренебрежением, от которого хочется ему подносом по макушке ударить. Но я терплю. Точно из мэрии. Проверяют меня на вшивость. Ничего. Я потом отвечу.
– Ты Джо? – Сквозь зубы цедит мужчина. Удивлённо приподнимаю брови. Так, это уже очень странно. Он не из наших.
– Да, я Джозефина.
