Она также не возражала, и это меня заинтересовало. Снижает потери или просто не беспокоится по поводу того, чем они будут заниматься? А может, что ещё хуже, её интересует нечто в доме?
— Иди спать, Пэт, — сказал Зеро, — завтра ранним утром ты должна быть полна сил.
— Ладненько, — сказала я. Значит мне незачем следить за Паломиной. Ну, а раз Зеро, похоже, ждал, пока я уйду, даже не стала уносить поднос. — Тогда до завтра.
— Да, — произнёс Зеро. И если это прозвучало как угроза, то она была направлена точно не на меня. Тоже приятная перемена.
Хотя я уже не питомец, всё равно послушалась, ведь нет смысла сопротивляться хорошим вещам.
Проснулась в клейкой тишине пустого дома. Пустого, но не полностью. Горячие и липкие простыни мерзко липли к телу, а воздух гудел. В нескольких шагах от кровати стоял чёрный силуэт. Острая игла страха кольнула в самое сердце, и я попыталась встать.
Разумеется тщетно. В кошмаре всё всегда происходит одинаково: в первые секунды ужаса я не могу даже пальцем пошевелить.
Я безуспешно сопротивлялась, но даже вздохнуть не могла. Внезапно сила, вжимающая меня в кровать, исчезла, чёрный силуэт прыгнул ко мне, а в лунном свете блеснул металл. Я вскрикнула и метнулась в сторону. Что-то ударилось о стену: не знаю, я или зловещая фигура, но я уже тянулась сквозь пространство или Между, или куда-то ещё в поисках оружия. Любого оружия.
Ладонь сомкнулась на рукояти, и я неуклюже широко рубанула. Оружие оказалось слишком тяжёлым. Я привыкла к лёгким клинкам, а держала почему-то здоровенный двуручный меч, который должен был стоять в подставке на первом этаже и прикидываться жёлтым зонтиком.
Широченное лезвие без сопротивления прошло сквозь чёрный силуэт, хотя он казался настолько реальным, что я слышала его дыхание. Меч застрял в стене, оставив длинную борозду. Свободной рукой дотянулась до выключателя, и комнату залил яркий свет.
Никакой фигуры.
Она всегда исчезала, стоило включить свет.
Тяжело дыша, выдернула меч из стены, и только тут до меня дошло, что меня зовут. Женский голос.
— Пэт! Пэт! Отзовись!
В этом доме женщин нет. Кто же…
Паломина. Это её голос.
— Пэт, скажи, как к тебе попасть. Я тебя слышу, но не могу найти вход.
— Я в порядке! — крикнула я, но мой голос надломился.
— Не поверю, пока сама не увижу, — отозвалась она. — Как открыть дверь?
Блин. Меч всё ещё был мечом, а Паломина точно не должна видеть его в этом обличии.
— Стань зонтиком! — зашептала я. Чтобы вещи повиновались, нужно было сосредоточиться, а меня потряхивало, да и голос дрожал. — Меняй форму! Она не должна тебя увидеть!
Паломина видимо разобралась сама, или дом, наконец, сжалился и впустил её. Дверь тяжело прошуршала по ковру. Сложенный зонтик в моей руке отбрасывал тени на стену, и я облегчённо выдохнула.
— Пэт?
Она стояла на пороге. Может ждала приглашения? А может увидела то, что не должна была.
Зрелище, наверное, то ещё. Я стою на матрасе, слегка согнув колени, держу жёлтый зонтик и дико озираюсь по сторонам.
— Чего?
— С чем ты сражаешься?
— С кошмаром, — ответила я, стараясь унять дыхание. Сердце всё ещё бешено колотилось, а вокруг чудились жуткие тени.
Взгляд Паломины упал на зонтик, и она тихо спросила:
— Как он тут оказался? Разве он не был в подставке в коридоре?
— Да не, — соврала я, — банши повсюду гнёзда вьют, вот я иногда и притаскиваю вещи к себе, чищу и обрабатываю от этих паразитов.
Ну, я что-то такое и собиралась делать, так что соврала только наполовину.
— Тебе придётся поделиться этим трюком, — аккуратно ступая, она вошла в комнату. Может обилие теней её тоже напрягало. Как ни странно, они улеглись, когда она подошла ближе ко мне. — Эти маленькие создания вечно безобразничают в бараках.
— Ага, — я слезла с кровати, крепко сжимая зонтик. Тени перестали метаться по комнате, и я уже не боялась наступить в яму со змеями или на живую тень. — Без проблем.
Она провела рукой по длинной борозде, начерченной мечом, и сказала:
— Тебе лучше спуститься. Не удивительно, что тебе снятся кошмары: меня бы они тоже мучали, спи я в такой же могиле.
— Никакая это не могила! — возмутилась я. — Тут безопасно. Ну, естественно, когда тут не шастают плоды моего воображения.
— Плоды воображения? — Паломина дошла до двери и снова повернулась ко мне. — Ты же говорила про кошмар.
— Ну да, — сказала я. Интересно, это мой мозг всё ещё тормозит или я только что наткнулась на очередную непонятку, из-за которой мир людей толком не мог взаимодействовать с миром За. — Кошмар. Плод моего воображения.
— Реальный или нет, но он точно не безобиден, — с этими словами Паломина вышла из комнаты.
Я поспешила за ней.
— Хочешь сказать, он может быть настоящим?
— Кошмары не возникают на пустом месте, — отозвалась она.
— Ну да, но…
— Также они не появляются в доме, настолько тесно связанном с Между, да ещё и в более материальном виде, чем обычный кошмар.
— Ну спасибочки, — кисло ответила я, — после твоих слов в следующий раз будет не так жутко.
— Тебе стоит бояться, — сказала она, — жизнь меж двух миров будет всегда опасной, а чем больше ты боишься, тем дольше проживёшь.
Я буркнула:
