— Ладно, поднимусь к ним попозже, — пообещала я, — отнесу им еды или угощения какого.
Дэниел надул щёки и выдохнул:
— Ладно. Спасибо. Что там с другом Морганы? Думал позвонишь, если найдёте или новости появятся какие, но…
— Пока ничего. Но появилась новая зацепка. Жду, когда мои вернутся. Похоже в За уже какое-то время наблюдают за City Fae: дали нам возможный адрес. Только пока не ясно, его ли это дом.
Он присвистнул:
— Нехорошо.
— Ага, не говори. Ой, а может дружок Морганы оказаться Запредельным, как думаешь?
— Это ж интернет. Поди разберись.
— Да, знаю, но…
— Не нравится мне, что кто-то из Семьи уже приглядывал за ним, если это он, конечно. Да и от того, что за игрой следили, тоже не в восторге.
— Ага. Зеро уже сказал ей, чтобы перестала играть, но возможно и от друзей из игры тоже следует держаться подальше.
Он кивнул:
— Останешься ненадолго?
— Ага, но сначала к детям поднимусь. Сделаю им волшебного хлеба. Было бы здорово, если бы в комнате Морганы меня ждала кружка кофе.
— Ещё макароны будут, — ухмыльнулся Дэниел, — надо же тебе хоть иногда нормально завтракать. Кто-то из парней узнал, что Моргана их любит, поэтому теперь у нас макароны через день.
— А не слишком ли они прижились и расслабились, а? — спросила я. — Они же знают, что не обязаны хорошо относиться к кому-то только потому, что этот человек тебе нравится?
Он напрягся.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Да чего? — уставилась на него я. — Опять какой-то чувствительный стал. У тебя что, очередной новый волк обращается?
— Просто… да забей! Будет тебе кофе.
— Ну тогда до встречи. Я недолго.
Дэниел поднялся к Моргане, а я завернула на кухню и сделала для детей несколько бутербродов с маслом и разноцветным сахаром. Дети всегда ведут себя лучше, если принести им угощение. Пошла наверх. Старалась идти тихонько, чтобы не шуметь, но при этом с ломтиков волшебного хлеба осыпался сахар — ничего не поделаешь. Моргана меня уж точно заметила благодаря своим зеркалам, а вот родителей её беспокоить не хотелось. Её мама была писательницей, а папа торговал бумагами на бирже. Думаю, обе профессии предполагают сосредоточенность. Да и жили они как бы сами по себе: маму Морганы я видела лишь однажды, папу ни разу, а Дэниел так вообще никого из них не встречал.
Судя по всему, дети услышали, что я поднялась на чердак: послышалась возня, мелькнул кусочек чьей-то одёжки, когда сорванцы побежали прятаться.
Но было поздно: я увидела, как двое последних нырнули в длинный шкаф, пересекающий закрытую часть крыши. Скрипнула дверца, и наступила тишина.
— А ну выходите, — крикнула я, когда поднялась на крышу и подошла к шкафу.
Послышалось несколько смешков, внутри убежища бухнуло, но ответа не последовало.
— Я же видела, как вы туда запрыгнули, — я постучала по дверце носком ботинка, — от кого прячетесь-то? Там же воняет.
На самом-то деле он не вонял, но выглядел так, будто должен. Это был длинный заляпанный встроенный шкаф с дырками от гвоздей. Дверцы и стенки покрывал толстенный слой пыли и копоти, который при желании можно соскоблить ногтем, правда после этого придётся долго и тщательно мыть руки аж до локтя.
И обрывался он слишком уж внезапно. Возможно, когда-то там была стена, которую снесли, чтобы сделать эту странную полукомнату. Короче говоря, получилась странное, не очень приятное помещение неизвестного назначения, которое выглядело так, будто тут должно вонять. Эдакие чары без чар. В Тасмании такого много.
— Неа, а вот и не выйдем! — крикнули из шкафа.
— Ну, я к вам туда не полезу.
Эта уловка не должна была сработать, но ближайшая дверца шкафа слегка приоткрылась, от чего на пол посыпалась грязь и копоть.
— Ну давайте, не тормозите, — подбодрила я, — я вам немного волшебного хлеба принесла.
Внутри вскрикнули, а потом из шкафа вывалился мальчик со светленькими кудряшками, а вслед за ним ещё двое ребятишек. Кудрявенький метнулся к тарелке с бутерами, и этого было достаточно, чтобы укрытие покинули оставшиеся четверо. Странное дело: когда они издеваются над Дэниелом или носятся по верхней части дома, кажется будто их там штук двадцать. Но нет — столько шума производят всего семеро.
Толкаясь, они наперегонки помчались к тарелке. Подождала, пока рассядутся и начнут жевать, и сказала:
— Ребятки, не пытайтесь больше столкнуть Дэниела с крыши и бросаться в него чем попало с лестницы.
— Нам он не нравится, — с полным ртом ответил один из них.
— Ну да, заметила.
— А ты вот хорошая.
— Спасибки. Слушайте, может перестанете пытаться его убивать? Вообще-то он клёвый, если познакомиться с ним поближе. Да и Моргана счастлива от того, что он тут живёт, — и кстати вас-то не сдал. А ведь после всего, что вы вытворяли, мог бы рассказать Моргане, и она бы вам устроила.
Повисла пауза, пока они жевали волшебный хлеб и, возможно, размышляли над моими словами. Они дети, так что вряд ли прислушаются к логике и прям помирятся с Дэниелом, но будет уже хорошо, если они решат, что могут расстроить Моргану и от неё получить. Меня они терпели, а её похоже действительно любили.
