— Потому что не припомню, чтобы Зеро оставлял в живых тех, кто пытался его прикончить, — честно ответила я, — значит, случилось нечто, ради чего он бросил то, чем занимался, и вырвал Джин Ёна из драчки. Так что же?
— Оставленный в очень удачном месте труп, — ответил он.
— Вот блин. Один из твоих?
Атилас, в кой-то веки сбитый с толку, остановился и прямо спросил:
— Прошу прощения?
— В смысле один из тех, которые вы с Зеро ищете? Ну эти, повешенные с выпущенными внутренностями.
— Теперь понял. Как же порой причудливо ты выражаешься. Да, один из тех. Мы полагаем, периферийное убийство.
— То есть, одно из неважных?
— А это уже как посмотреть, — Атилас беззвучно ступил на лестничную площадку.
Из тёмного коридора никто не выбежал. Никто не попытался сбежать по лестнице, ни единого шороха. Даже сигнализация не сработала. Странно.
— Не думаю, что тут кто-то есть, — сказала я, когда мы встретились с Зеро и Паломиной.
Из дальнего конца тёмного коридора быстро и бесшумно выскользнул Джин Ён. В каждом движении проявлялась едва сдерживаемая ярость — видимо здесь тоже не с кем было сразиться. Заглянула в ближайшую к нам комнату. Это оказалась ванная, разумеется, пустая, хотя очень давно кто-то принимал тут ванну с пенкой — по верхнему краю на керамике остались засохшие следы от пузырьков.
Когда я вышла, Джин Ён сказал:
— Есть человеческий запах, но нет человека. Запах фей, но фейри тоже нет. Какой унылый день.
— Не ощущаю в доме живых существ, ни Запредельных, ни людей, — сказала Паломина. — Так что проверять каждую комнату даже и не стану. Больше мне здесь делать нечего. Полагаю, вы доложите обо всех находках, относящихся к владельцу усадьбы.
Зеро мрачно глянул на неё:
— Полагаете он мёртв? Любопытно, откуда такая уверенность?
— Наверняка не знаю, — она выдержала его взгляд, — если он человек, который влез в дела Запредельных, то да… полагаю он мёртв. Если же он Запредельный, связавшийся с людьми, то вывод тот же, ведь его здесь нет.
— Понятно, — ответил Зеро. — Да, королю всегда больше нравилось, чтобы проблемы разрешались трупами, а не живыми.
— Мертвеца невозможно допросить, а репутацию его семьи нельзя очернить, — будто соглашаясь, проговорила она. — Надеюсь, вы будете держать нас в курсе?
— Я вас проинформирую, — мгновение помолчав, ответил Зеро.
Они будто бы обменивались зашифрованными сообщениями. На губах Атиласа играет фирменная лёгкая улыбка, а значит я права. Он такие моменты просто обожает. Пожалуй, тоже бы была в восторге, если бы знала этот тайный язык.
— Записывающие охранные заклинания… — она не договорила.
— Ни одного, — ответил Зеро, — уже проверил группу охранных заклинаний внизу. Если только он не искусней меня в магии или не владеет совсем уж тайными знаниями, никаких записывающих я не обнаружил.
— А как насчёт камер наблюдения? — спросила я. Заметила несколько, пока поднимались по лестнице. Миниатюрные, элегантные, не очень заметные. — Здесь и комната наблюдения ведь должна быть. Скорее всего в подвале: большинство кабелей тоже идут вниз.
Паломину мои откровения похоже поразили, что было одновременно забавно и приятно.
— Теперь понятно, зачем вы берёте её с собой, — сказала она.
— У питомца много полезных качеств, но указание на очевидное к ним не относится, — он безэмоционально зыркнул на меня, давая понять, что я действительно ляпнула очевидное, но толку с этого не очень много.
— Только не говорите, будто подумали об этом сами, — спускаясь, сказала Паломина, — вряд ли кто-нибудь из нас вам поверит.
Зеро только тихонько вздохнул и ущипнул переносицу.
Я расплылась в улыбке от того, как Паломина практически вывела Зеро из себя и спросила:
— Ну так что, осмотримся тут?
— Мы с Джин Ёном проверим все комнаты, — Зеро прямо-таки пригвоздил меня взглядом, — вы с Атиласом ищите комнату наблюдения. Мы присоединимся к вам, как только должным образом зачистим все помещения.
— Лады, — обрадовалась я, ведь меня в кой-то веки назвали первой. А Атиласу сказала: — Пойдём. Босс сказал, ты со мной.
— Меня не оставляет ощущение, что ты проявляешь толику неблагоразумия, — подал голос шедший позади Атилас.
В его голосе звучала лёгкая угроза и едва уловимый упрёк, но, когда я обернулась, в глазах его было и удивление, поэтому парировала:
— Это работает, только если лица твоего не вижу.
Зуб даю, он на мгновение даже замер. Но ответил спокойно:
— Настоятельно советую не судить по обложке, Пэт. Не следует забывать, насколько легко я убил тебя.
— Не боись, такое вряд ли забуду, — ответила я, только вот не ясно, предупреждал ли он меня или себя. В его карих глазах читалась усталость, что мне совсем не понравилось. Когда он поравнялся со мной, взяла его за руку.
И да, знаю, мы работаем, и да, он псих, но иногда и псих нуждается в том, чтобы его подержали за руку. Я так не делала со смерти папы, поэтому удивилась, насколько этот простой контакт успокоил и меня.
К моему удивлению, он не попытался высвободиться сразу же. Атилас забрал руку только внизу, да и то лишь для того, чтобы жестом указать мне идти впереди и показать комнату наблюдения.
