— Присутствуют, — уверенно заявил Рико и еще через десяток ударов сердца уточнил, — трое.
— Это хорошо, что присутствуют, — хищно улыбнулся Ларс, — значит сон опять отменяется. Беги наверх, скажи Урдо, что МНЕ порыбачить захотелось!
С самого первого дня пребывания в Рангарской крепости Урдо Маринес понял, что наконец-то нашел свое место в жизни! Вот здесь действительно нужны были сильные и смелые герои, ежедневно и в любое время суток готовые совершать подвиги! Ведь сражения с тварями Тьмы это вполне геройское занятие! Поначалу он даже писал об этом семье и тем немногим друзьям, что оставались у него в столице. В ответ ему приходили лишь насмешливые заверения в том, что его адресат давно вырос из возраста, когда люди верят в страшные сказки и если Урдо действительно так соскучился, то ему стоит уволиться из армии и приехать самому, а не выманивать серьезных и уважаемых людей на самый край мира столь оригинальным способом. Было обидно, но Урдо отнесся к этому философски и решил, что лучше совершать настоящие, достойные воспевания в легендах подвиги и быть героем лишь в глазах кучки местных деревенских, чем прожигать жизнь в столичных салонах, хвастаясь перед зажравшимися аристократами бессмысленными победами в столь же бессмысленных турнирах.
Однако смириться со стратегической бесперспективностью войны с Тьмой молодому Урдо было слишком сложно. Его приводила в уныние пугающая история и упадок крепости. Сколько бы они здесь не выживали, защитников с каждым десятилетием становилось все меньше, а количество тварей с каждой Дрожью менялось незначительно и в разные стороны. Тогда Урдо загорелся навязчивой идеей безопасного истребления тварей заранее — до Дрожи. Он брал лук, вымоченные в освещенной воде из храма Скома стрелы и после каждой Дрожи шел к границе стрелять на удачу, логично подозревая, что раз уж с Дрожью тварями вся крепость наводняется значит и у границы их должно быть достаточно, чтобы попадать вслепую. Но стрелы бесследно исчезали в непроницаемо черной стене и сказать хоть что-нибудь о результативности стрельбы было не возможно. Чернота границы гасила любые звуки. Даже брошенный на ту сторону камень, приземлялся там совершенно беззвучно.
Конечно после третей или пятой пережитой Дрожи Ском благословляет своих воинов и сияет для них чуть ярче, чем обычным людям, а во Тьме глаза защитников начинают различать слабые очертания окружающей обстановки и смутные, размытые тени тварей. Но это во Тьме приходящей в крепость! Граница же и для защитников оставалась равномерно плотной и непроницаемой ни взглядом ни звуком.
В итоге для занятия столь непонятным и довольно скучным делом Урдо хватило терпения ровно на месяц. Ему нужны были результаты! Хоть какие-нибудь… И однажды махнув на все рукой он просто собрался и уехал в Идару, где напрягая все связи и потратив все личные деньги, приобрел стационарный башенный скорпион. Дело это было весьма непростым, так как с Рангарской крепости все тяжелое вооружение было снято более века назад и увезено в места, где в нем, по мнению императора и военного командования, нуждались больше, а в личном пользовании иметь все то же тяжелое вооружение было запрещено.
Полковник Ларс, завидев вернувшегося Маринеса с новеньким усиленным башенным скорпионом на телеге только покачал головой, раздраженно буркнул:
— Идиот, — и махнул рукой на новое развлечение своего подопечного.
Урдо не расстроился. Более того к новому развлечению тут же присоединилось большинство скучающих защитников и перемещение весьма неповоротливой машины проблемой не стало.
Поначалу они привязывали обычный канат к огромным стрелам скорпиона, но стрелы скорпиона вместе с канатом исчезали в Землях Тьмы точно так же как и до этого исчезал боеприпас охотничьего лука. Как будто что-то обрезало его у самой границы после падения стрелы. Попытки вымачивать канат в освященной Скомом воде, приводили к тем же результатам.
Пришлось ради великого дела борьбы с Тьмой отодвигать собственную гордость и писать сестре слезные мольбы прислать ему, обязательно освященной в храме Четырех, серебряной нити общей длиной не менее двух тысяч локтей. В ответ пришла длинная и гневная отповедь о том, что он ей больше не брат и на ее помощь в дальнейшем может не рассчитывать, но нити сестрица все таки прислала с вооруженным до зубов караваном.
Идея действительно оказалась удачной. Серебряный канат граница не обрезала, но возвращался он без стрелы. Варианты с освящением стрел в храме Скома и самыми разными материалами изготовления, успеха не имели.
Пришлось снова писать домой. На этот раз младшему брату, которому на тот период только исполнилось двенадцать. Ему Урдо восторженно и в подробностях расписал местные трудности и тварей Тьмы и собственную гениальную идею о способах борьбы с ними, лишь в конце письма скромно посетовав на то, что для эффективной борьбы ему не хватает хотя бы одной стрелы размером в два локтя и диаметром в половину ладони обязательно из чистого серебра и обязательно освященную в храме Четырех.
