«…Из прихожей раздавалась яростная ругань отца и Рико, тихонько улизнув от матушки, побежал смотреть кто же имел наглость вызвать столь громкий гнев родителя.
— … Да этот клоун балаганный у меня до конца жизни из Рангарской крепости не вылезет! Тоже мне, герой нашелся! Все! Разговор окончен! Идите капитан. Я своего решения не изменю.
Высокий темноволосый мужчина лет тридцати в капитанском мундире, явно хотел сказать что-то еще, но видимо передумав, стукнул кулаком в грудь, поклонился и вышел. Отец развернулся и заметив лишнего слушателя, подхватил его на руки, воскликнув:
— Рико! Не хорошо подслушивать взрослых, когда тебя не пригласили! — гнева в голосе отца уже не было, только теплота и забота, он потащил юного шпиона в гостиную, уселся в кресло и посадив сына на колени спросил, — ну и что ты понял из услышанного?
— Я только пришел и не успел ничего услышать, — расстроено ответил сын, — только про крепость… Отец, а что это за место Рангарская крепость?
— Рангарская крепость, Рико — это конец военной карьеры. Там служат те кто не достоин даже называться воином Империи, те кто одним своим существованием позорят честь не только мундира, но и всей армии! Ну и престарелые маразматики свой век доживают, делая вид, что чем-то там командуют. Из Рангарской крепости не возвращаются. Ни один уважающий себя командир не возьмет под свое командование человека служившего там. Служба в Рангарской крепости — это позор. Позор не смываемый и окончательный…»
Берг всхрапнул и Рико ослабил поводья. Куда он собственно так торопится? Карьере все равно уже конец, войны на границе Ночной провинции нет и никогда не будет, а в Рангарской крепости его еще никто не ждет. Ну не станет же полковник Панарис отправлять еще и гонца на сменных с сообщением вроде: «отправил к вам еще одного военного преступника, позорящего честь мундира, ко второму месяцу Скома должен добраться. Встречайте» Рико грустно усмехнулся собственным мыслям. Конь, воспользовавшись свободой действий, свернул с дороги и поплелся напролом через кусты, видимо воду почуял. И действительно вскоре показался ручей. Рико спрыгнул на землю, напился сам и принялся обдирать траву, чтоб протереть Берга, в очередной раз жалея что он сам не конь. Очень хотелось есть, а вид флегматично жующего лирца, это желание не уменьшал, а наоборот делал нестерпимым. В последний раз он ел вчера ночью, если конечно можно назвать едой горсть маларки [7]. В отчаянии Дерс попробовал даже пожевать траву. Не помогло. Если так пойдет и дальше, то позора службы в Рангарской крепости удастся избежать! Он просто умрет с голоду по дороге.
Получив конверт с направлением, от полковника Рико выскочил как ошпаренный, ничего не соображая, гонимый одной единственной мыслью: убраться прочь из гарнизона! Немедленно! Как можно скорее! Как можно дальше!
Теперь он с ужасом вспоминал фамильный меч, оставленный в казармах, вместе с остальными личными вещами. Как он мог забыть самое главное?! Но возвращаться он бы ни за что не стал! В конце концов потеря старого отцовского меча, позор куда меньший, чем военное преступление…
Рико с тоской посмотрел на небо. Второй час Скома. Надо было поспать, но спать не хотелось. Хотелось есть и согреться. Кремня, что бы развести огонь у него тоже не было. У него вообще ничего с собой не было кроме тупой железяки без ножен. Рико снял мундир и развесил его на ветвях, растущей рядом, омелы. После вчерашней стирки он был еще белым и смотрелся вполне новеньким. Лишний раз его мять и пачкать не стоило.
