— Это я, между прочим вам рассказываю последовательно! Сам-то я имел счастье собирать, эту замечательную мозаику одного вечера, по крупицам! С разных сторон! Тщательно просеивая факты и домыслы, сквозь призму собственного сознания!
Арант отложил в сторону очередной просмотренный листок, и поднял глаза на Рамароса, но тот опять бессовестно увлекся куропатками, и вновь заговорил лишь спустя еще половину энтима, когда с ними было покончено:
— К вопросу о редком оружии! По заверениям гвардейцев, вооружены лейтенанты были, до безобразия схожим образом! По два клинка на поясе, в грубых, совершенно безыскусных ножнах, с костяными рукоятями, работы какого-нибудь деревенского подмастерья. Никаких изысков, исключительная функциональность. В ответ на любопытство гвардейцев, Маринес по секрету сообщил, что они и вовсе безоружны, так как их мечи присвоили все те же разбойники, а они с лейтенантом Дерсом, дабы формально соответствовать статусу воинов, в ближайшем встреченном ими поселении, несколько дней в поте лица трудились на местного кожевника. Ради получения завалявшихся у него никому не нужных ножен. После чего сами выточили рукояти. Из кости разумеется, потому что дерево, смотрелось бы убого, а для создания железных, они не смогли ни добыть материалов, ни получить доступа к кузне. А клинки у них отсутствуют. Якобы рукояти приклеены смолой к ножнам, и Маринес умоляет господ гвардейцев, не вгонять наших героев в краску, просьбами предъявить клинки! Однако, на предложения сердобольных гвардейцев, подыскать лейтенантам, для более презентабельного вида, какие-либо старые или хотя бы тренировочные мечи, Маринес громко обижается, чуть ли не до дуэли, мотивируя свое оскорбление тем, что сыну САМОГО! Блистательного генерала и наследнику династии владеющей крупнейшими мануфактурами Империи, уж лучше иметь странные рукояти, чем носить, то в чем любой дворовый мальчишка опознает убожество… вы знаете Арант, я всю эту историю слушал, в пересказе не слишком умного человека, крестьянского происхождения, и то она привела меня в неописуемый восторг! Будьте любезны, напомните мне, когда мы их найдем, попросить лейтенанта Маринеса, повторить ее в оригинале! Кстати, я не припоминаю, чтобы смиренный Мейхорн упоминал, о материале рукоятей легендарного клинка.
— Костяные, — по прежнему угрюмо кивнул Арант, — ваше описание, полностью соответствует тому, что я видел лично, под Альмерой.
