Испуганно оглянулась, но, увидев палатку, успокоилась – не успела далеко зайти. Потеряться в пустыне Инерис совершенно не хотелось. Одиночество страшило ее и душило, но при этом притягивало.
В чем-то демон прав. Это особенное место. Только здесь ты можешь быть настолько одинок. Ни зверей, ни людей, ни растений. Только ты, небо и бескрайний простор. Настоящая квинтэссенция одиночества…
Прищурившись, Инерис различила с вершины бархана где-то вдали подернутые той же дымкой скалы, выделявшиеся на неровном горизонте только более темным цветом. Гадай, то ли реальность, то ли мираж… Интересно, когда уже они к ним выйдут и какого рода убежище ее там ждет?
Вздохнув, Инерис осторожно, стараясь не скатиться вниз, села на песок и положила руки на колени. Стиснула пальцы.
Она поняла, почему так боялась все это время затеряться в песках. Просто она уже чувствовала себя потерянной в собственной жизни, в собственном прошлом, между шагом вперед и шагом назад, между правдой и ложью.
Инерис извлекла из сумки зеркальце и вгляделась в его глубину. Искры словно вспыхнули чуть ярче, чем обычно… а может, к ним добавились солнечные блики. Жаль, что только в сказках и сказаниях о богах зеркала способны говорить и показывать большее, чем твое отражение. Отчаянно хотелось узнать, что происходит в замке, пока она сама бродит по пескам. Как отреагировали на ее исчезновение? Нет, простите, даже не на исчезновение – на скорбную весть о кончине леди-наследницы? Как-то эту новость встретил отец?..
Додумать она не успела, отвлекшись на чуть слышное шуршание песка, по которому деловито ползла длинная ярко-красная змеюка. Инерис торопливо поднялась на ноги, покачнулась, но не упала, затем было замерла... а после, вспомнив уроки демона, зашумела, затопала ногами…
Змея грозно зашипела, чуть приподняв голову. Блеклые черные глазки уставились точно на девушку.
Инерис стало страшно. В такой ситуации демон велел его позвать… только вот его где-то носит!
Двигаясь очень-очень медленно, она убрала зеркальце в сумку и на всякий случай нащупала коробочку с комплексным противоядием. Кинжал остался в палатке, о чем она теперь горько жалела – впрочем, не гарантия, что против змеи он бы помог. Она училась сражаться с людьми, а не с ползучими гадами.
Змея снова зашипела, грозно покачиваясь на месте, и поползла… вверх, прямо к Инерис! Девушка в ужасе сделала шаг назад, другой… и тут тушку змеи пробил арбалетный болт, и она яростно изогнулась в агонии.
– Не топать надо было, а песок вокруг расшвыривать, чтобы она подумала, что ты для нее уж совсем крупная добыча. А так она лишь сочла тебя угрозой – и прикидывала, стоит ли парализовать ядом, – преспокойно сообщил невесть как подкравшийся к ней демон.
От нахлынувшего облегчения даже голова закружилась.
Дрожащими пальцами Инерис торопливо застегнула сумку, пока огненный ничего не заметил. К счастью, не глядя на нее, он спустился вниз.
На охоте демону повезло – обернувшись, он триумфально покачал тушкой крупной ящерицы, к счастью, уже освежеванной и выпотрошенной. Где он мыл руки (и мыл ли?!), Инерис предпочла не спрашивать.
– Решила прогуляться, княжна? – с ленивой ехидцей поинтересовался он.
– Конечно, а то от палатки уже мутит, – в том же тоне отозвалась девушка. – Как, впрочем, и от песка. Но вариантов здесь не слишком много, увы.
– Могу только посочувствовать… Ну что, Иней, из змейки тебе рагу сварить или супчик сварганить?
– Всё равно, главное, без чешуи и яда. И сам в котелок не плюй.
Плохо. Голос дрогнул…
– Так сильно испугалась, что ли? – проницательно вздернул бровь демон, возвращаясь с добычей. – Брось, она мелкая совсем.
– Это – мелкая?!
Пристальный взгляд черных глаз с ярким синим зрачком.
– Ладно, постараюсь крупных тебе не показывать, – со смешком пообещал огненный. – Пошли в лагерь, нам еще обед готовить и с водой разбираться.
Ящерицу он сразу разрезал на кусочки, просолил и оставил завернутыми в какую-то промасленную ткань. С тушкой змеи демон умчался за пару барханов и обратно вернулся уже с нарезанными кусками, которые небрежно бросил на первый сверток. Инерис, к своему удивлению, действительно не испытала ни малейшего дискомфорта при мысли о змеином супчике. Гораздо неприятнее стало при мысли о том, что с присутствием демона словно ожил и их лагерь, и она сама. Пропало ощущение отупляющего оцепенения, вернулась привычная жажда деятельности… Такими темпами она совсем к огненному привыкнет, еще и зависимость выработается!
Чуть передохнув, демон, поманив ее с собой, направился туда, где «ждал» оставленный в яме котелок – и, жестом фокусника постучав по брезенту, сдернул его и продемонстрировал, что посудина больше, чем до середины наполнилась кристально чистой водой.
Невольно вскрикнувшая Инерис не могла назвать это иначе, как чудом – в голове не укладывалось, что настолько иссушенное солнцем место действительно подарило им воду.
