Я встала и направилась в спальню к родителям. С трудом отодвинула кровать на несколько сантиметров, подняла единственную из незакрепленных досок пола и достала из тайника маленький холщовый мешочек. Трясущимися пальцами развязала завязки и вытряхнула на ладонь точно такой кулон, как описала Полина. Воцарившуюся после этого тишину, казалось, можно было потрогать и понять каково будет на дне Бездны.
– Я даже не знаю, поздравить тебя или посочувствовать, – спустя вечность прошептала Полина. – Ты Проводник, Линда. И ты тоже можешь путешествовать между мирами.
Я долго молчала, прежде чем решилась написать вопрос: “Чем это грозит мне и Алексу?”.
– Тебя можно уважать только за то, что умеешь задавать правильные вопросы, – ответила невидимка. – Попытаемся вместе понять степень бедствия.
Дальше на меня посыпалась такая масса вопросов, что я едва успевала хоть что-то соображать, записывая ответы на них. Когда я почувствовала первое притяжение к камням? Да, вроде ещё когда родители живы были, лет двенадцать назад. Появлялись ли когда-нибудь странные сны, а потом нестерпимые боли в области груди и солнечного сплетения? Нет, никогда. Случалось ли что-то странное или необъяснимое в детстве, что я запомнила? Что-то яркое и не поддающееся разумному объяснению.
Я задумалась, и в памяти всплыла картина, как мы с родителями причаливаем к Материку. До сих пор я никогда не вспоминала тот день так ярко и четко. Алекс тогда гостил у бабушки на острове Жемчужин и заодно учился нырять. А мы сели на самую быстроходную лодку и направились к Материку. Откуда у родителей столько кредитов взялось на путешествие?! Маленькую меня это совсем не интересовало.
Пальцы и кисть онемели. Я никогда так много не писала, но упорно продолжала выводить строчки в напряженной тишине. “Мы с родителями, почти не останавливаясь для отдыха, быстро продвигались к Синим горам. За три дня пути я так вымоталась, что почти ничего не видела и не соображала, когда мы наконец-то добрались до поселения дикарей. Дальше воспоминания путаются и расплываются. Странно одетые люди с волосами, заплетенными в множество косичек, и мужчины, и женщины с обилием разноцветных бус и браслетов. Меня, обессилевшую и засыпающую на ходу отец на руках внес в просторный шатер. Внутри было темно, несмотря на то что на едва миновал полдень, пахло дымом, маслами и травами. Посередине шатра среди множества подушек сидел старик. Его загорелая кожа была испещрена морщинами, а руки от запястий до предплечий покрыты браслетами. Отец положил меня на подушки перед стариком и отошел. Что было дальше, я не могу вспомнить, как ни старалась. Следующее воспоминание – как мы сели в лодку и отправились домой. Родители отказывались рассказать, что за странное место и с какой целью мы посещали. Отговаривались тем, что придёт время, и я сама всё узнаю. А через три месяца они погибли, и мне стало совсем не до странных воспоминаний или их отсутствия”.
– Понятно, – сказала Полина спустя какое-то время. – Похоже, твои способности как-то заблокировали. Хотелось бы мне пообщаться с этим стариком... – задумчиво протянула она. – Ну да ладно, не до того сейчас. Но как только найдём Алекса, займемся и этим вопросом. Обязательно. Блокировка дара наверняка не проходит бесследно для его носителя. Сколько тебе сейчас?
Я вывела цифру семнадцать.
– Надеюсь, время ещё есть, – проговорила невидимка. – Мой дар проснулся в восемнадцать.
До моих восемнадцати осталось три недели. Не так уж и много времени осталось... но не буду об этом, а то точно мозги вскипят. Только особых способностей мне и не хватало для полного счастья! Можно подумать без этого мало проблем?!
– Линда, – позвала Полина. – Понимаю, что ты растеряна и хочешь задать миллион вопросов, но я уже чувствую зов портала. Через несколько минут нужно будет уходить. Поэтому выслушай меня внимательно, – попросила невидимка. – Все записи обязательно сожги. Про то, что у тебя возможно есть дар не говори никому, даже Эалю. Кулон всегда носи с собой. Если вдруг почувствуешь резкую боль в груди, жар или головокружение ни с того, ни с сего, обязательно коснись спирали. Это должно ослабить болезненные ощущения. С твоим планом на ближайшее время я согласна. Только, пожалуйста, будь осторожна. Я постараюсь приходить часто. Надо бы придумать способ экстренной связи... Всё, нам пора. Удачи тебе, Линда, береги себя!
Полина ушла, и я длинно выдохнула, только сейчас сообразив, насколько этот разговор вымотал меня. На автопилоте вырвала исписанные листы и сожгла их. Умылась, тщательно почистила зубы и, кажется, уснула до того, как голова коснулась подушки.
