Иногда днем супруги рисковали выходить наружу, боролись с неистовыми ветрами, цепляясь за холодные льдины. Один раз Диану отнесло чуть в сторону, и она чудом спаслась, оказавшись на краю глубокой и таинственной расселины у самого основания горы. После этого они стали гулять очень осторожно.
Один раз они решились проникнуть в рощу эластичных и упругих деревьев, напоминающих кнуты, которые росли под защитой ближайших утесов. Ветви хлестали их, нанося звучные удары, недостаточно сильные, чтобы повалить людей с ног. Но даже через толстый слой каучукового костюма, который защищал их от холода, удары были чувствительны.
Каждые семь с половиной дней ветер затихал, и с полчаса царила полная тишина, а потом начинал реветь с прежней яростью, но дул с противоположной стороны. Это явление происходило из-за вращения Титана.
И почти через равные интервалы, каждые восемь дней, появлялся тот самый абориген с часами. Существо оказалось неспособно справиться с удивительной проблемой заводки часов и всякий раз с мрачным видом протягивало часы, и Диана снова заводила их.
Но Тима волновало совсем другое. Дважды за тридцатилетний период, который требовался Сатурну, чтобы обойти вокруг Солнца, он затмевал светило, и на Титане наступала полная тьма. Теперь как раз приближался такой момент. Это должно было случиться задолго до того, как спешащая из перигея Земли ракета достигнет Титана.
А самое неприятное заключалось в том, что люди, обитавшие на Титане всего шесть лет, не знали, как тьма повлияет на крошечный мир Титана.
Могла ли температура упасть до полного космического нуля? К тому же опасность заключалась не в богатой ксеноном[9] атмосфере, а в том, какие штормы и какие перевороты льда могли сопровождать такие затмения. Конечно, сам Сатурн тоже грел Титан отраженным светом, только эта температура была в три раза ниже, чем тепло отдаленного Солнца.
Однако заранее о чем-то беспокоиться было бесполезно. Тим поглядел на Диану, поправил разрыв на пушистой маске, закрывающей ее лицо, и предложил прогуляться:
– Прогуляемся в солнечном свете, – насмешливо объявил он. На Земле сейчас как раз был август.
Диана согласилась. Она всегда соглашалась, бодро и с готовностью. Без нее путешествие на Титан было бы невыносимым, непонятно, как выдержал Симондс и другие, кто был рассеян по единственному небольшому континенту Титана. Со вздохом он скользнул в толстые одежды и открыл дверь в ревущий ад.
Но в этот раз едва не произошло несчастье. Они ползли, крались и боролись, пытаясь пробраться под защиту ледяного холмика, а потом стояли под его защитой, стараясь отдышаться. Тим вытянул шею, чтобы посмотреть поверх гребня, и через визор, защищавший глаза от мелких льдинок, увидел нечто необычное, чего раньше никогда не видел. Какое-то время он, нахмурившись, разглядывал это явление. Но воздух планеты, постоянно находящийся в движении, не давал ему возможности правильно оценить расстояние. Воздух дрожал, как порой бывает в жару в пустыне.
– Погляди, Ди! – воскликнул он наконец. – Птица!
Казалось, она скользила к ним, паря на широко расправленных крыльях. Она была большой, размером с птеродактиля, и пикировала на людей, подхваченная безумным ветром. Тим с ужасом уставился на трехфутовый клюв птицы.
Диана закричала от ужаса. Тварь нацелилась на них и неслась со скоростью самолета. Молодая женщина схватила обломок льда и швырнула в тварь. Та, чуть изменив угол полета, вышла из пике и мгновенно скрылась. Эта птица не могла летать против ветра.
Позже они поискали информацию об этой птице в книге Янга. Этот бесстрашный исследователь тоже видел такое существо. Он назвал его «бумажным змеем». Тварь погубила одного из людей экспедиции Янга. Не птица… это существо летало подобно бумажному змею, подхваченному чудовищными взрывными волнами Титана, и опускалось на землю только в периоды полного спокойствия или для поглощения добычи.
Но на этом небольшом ледяном шарике обитало слишком мало живого. Если не считать иногда появлявшихся аборигенов, «бумажного змея» и деревьев со стволами-хлыстами, Тим и Диана не видели никаких живых существ. Конечно, если не считать кристаллические пузыри обителей ледяных муравьев. Только те никогда не появлялись на поверхности. Они работали под этими маленькими куполами, которые росли словно грибы, а потом лопались, рассыпаясь маленькими ледяными кристаллами. Одинокий мир, дикий, причудливый – небольшая, непохожая на Землю планета.
На Титане никогда по-настоящему не шел снег. Холодный воздух поглощал слишком мало водяного пара для того, чтобы тот сконденсировался в снег, но он имел достойную замену. В те дни, когда температура повышалась, на поверхности океана появлялись мелкие водоемы, иногда расширяющиеся за счет сильных выбросов холодной воды со дна за счет землетрясений. Свирепые ветры взбивали эти водоемы в морскую пену, замерзавшую в облака льдинок, которые ветер гнал через всю планету.
