Раздался еще один раскат грома. Внутри далекого дымового столба уже различалось зловещее красное свечение, черное облако ширилось и сгущалось прямо у них на глазах.
– Закрой портал! – радостно проговорил Эди. – Закрой.
– Ты не хочешь досмотреть? Сделать измерения? Перепроверить? – удивился Бренд.
– Еще успею, – махнул рукой Эди. – Я не знаю, с какой скоростью и в каком направлении движется облако, так что, пока оно не дошло до нас и вся комната не заполнилась вулканическим пеплом, лучше закрыть портал.
Бренд послушался, и вскоре об увиденном напоминала лишь довольная улыбка Эди Рабиновича.
– Ты понимаешь, что это значит, понимаешь? – От скептичного циника, который спускался по лестнице полчаса назад, не осталось и следа. – Мы можем, что называется, в прямом эфире увидеть, кто убил Юлия Цезаря, узнать, кем был Джек-потрошитель, как появился Стонхендж. Мы разгадаем тайну Стонхенджа! Это грандиозно, это изменит все!
– Эди, об этом пока нельзя рассказывать, – пытался успокоить его Бренд. – Мы пока не готовы явить машину миру, нужно провести еще много проверок.
– Проверки? Какие проверки? А, не важно, делай все, что нужно!
– Это может занять какое-то время…
– Не волнуйся. Я составлю список дат. Ты станешь самым известным физиком в истории, Йони, а я… я стану самым известным историком. Мы изменим этот мир.
– Эди, пообещай мне, что никому ничего не расскажешь, не разболтаешь, пока мы не решим, что пора. Изобретение этой машины может иметь серьезные последствия.
– Да-да, конечно. – Эди прямо-таки распирало ликование. – Но Элиане я просто обязан рассказать, хорошо, Йони? Это же все-таки Элиана. Я не смогу скрыть от нее.
– Да… – Бренд повел плечами смущенно. – Ей можешь рассказать.
– Но предупреди ее, чтобы держала язык за зубами! – крикнул Дорон, а Эди рассмеялся и взбежал вверх по лестнице на лужайку, на свежий воздух, чтобы позвонить Элиане.
Бренд вернулся и сел за клавиатуру, проверяя и обновляя настройки, нажимая на клавиши. Дорон в задумчивости отошел к игровому автомату и несколько секунд смотрел на мигающий экран.
– Ты ведь знаешь, что не обязан это делать, да? – сказал он наконец.
– Что именно?
– Тащить его на своих плечах, помогать его академической карьере с помощью своей машины.
– Он же мой друг, я поступаю по-дружески. Да и кому, если не историку, испытать машину времени?
– Не думаю, что тобой движет логика, Йони. Скорее, чувство вины.
– А почему, собственно, Эди должен преуспеть меньше, чем я? – спросил Бренд то ли Дорона, то ли себя самого. – Мы начинали с одинаковых стартовых позиций.
– Но он сделал свой выбор, а ты – свой.
– Он историк, и разве не разумно предоставить ему доступ к машине?
– Чем меньше людей…
– Дорон, хватит! Люди, которым я доверяю, могут увидеть этот портал. А Эди, несмотря на все, что произошло между нами, по-прежнему мой друг.
Он снова зацокал по клавишам, а Дорон повернулся к автомату и начал новую игру. Каждый занимался своим делом несколько минут, пока снова не послышались шаги на лестнице. Эди Рабинович, все еще сияя как медный таз, пригнулся, чтобы войти в комнату, и посмотрел на них с лукавым вызовом:
– Так что насчет матча?
– А что насчет него?
– Если нам удалось открыть портал и увидеть извержение шестисотлетней давности, то, полагаю, мы можем и посмотреть игру, правда?
– А, ну да, – согласился Бренд. – На самом деле это гораздо проще. Надо открыть портал в пространстве, а не во времени, так что на это потребуется меньше энергии. Что за игра?
– Ну ты чего? «Маккаби» против «Хапоэля», спорткомплекс «Драйв-инн». Матч уже идет, по-моему.
– Энергия, требуемая для открытия тоннеля, зависит от того, насколько далеко в прошлом находится целевая точка? – заинтересовался Дорон.
– Она зависит от многих факторов, – пустился в объяснения Бренд. – Я все еще пытаюсь это понять. Точно от расстояния между концами тоннеля. Однако дистанция между двумя четырехмерными точками рассчитывается не так, как мы привыкли. Еще на затраты энергии влияет время, в течение которого был открыт портал. Может быть, сказываются и прочие факторы. Например, нельзя исключать, что при открытии тоннеля в точку, близкую к Солнцу, изменяется уровень излучения, и тогда…
– О’кей, пока вы обсуждаете устройство машины времени, – вмешался заскучавший Эди, – я, пожалуй, смотаюсь наверх и принесу нам чего-нибудь перекусить. Пиво есть? – спросил он.
– В холодильнике стоит упаковка, – ответил Бренд рассеянно. – И в кладовке завалялось немного снеков, которые я купил на прошлой неделе. Есть еще фрукты…
– Фрукты – это лишнее, – перебил Эди. – Сейчас вернусь. Откройте портал под правильным углом к полю. – И он вприпрыжку понесся по лестнице.
Бренд сел за клавиатуру.
– Итак, каковы координаты поля? – спросил он.
Когда портал закрылся, Дорон встал, чтобы немного размяться.
– Больше не буду ходить на матчи, – захлебывался восторгом Эди. – Как будто сидишь прямо на поле, это удивительно.
