Мне казалось, что ещё немного и моя спина переломится, но Харуки быстро прополз через удерживаемый мною проход, и только после этого я смог сбросить с себя тяжесть тяжёлого столба, который, едва я успел откатиться за частокол, встал на своё прежнее место. Место, выбранное нами для проделывания прохода, несомненно, не было самым лучшим, но оказалось вполне достаточным. Колья при всей их прочности, глубине установки и креплении вверху, не были одинаковыми. Я надеялся, что наши преследователи попытаются воспользоваться тем же самым проходом, через который только что ускользнули я и мои товарищи, следовательно, им предстояло столкнуться с теми же самыми трудностями, что и нам. В темноте, да ещё и под проливным дождём, найти более доступные проходы было довольно затруднительно.
Первым делом, оказавшись вне периметра, я выкрикнул:
— Лучники Темму, стреляйте в первого же тарска, что появится из загона!
И я поспешил вслед за Харуки раствориться в темноте. Фонари замерли на том месте, где их застал мой крик, и я ощутил некоторую нерешительность и растерянность среди наших преследователей. Но что меня не могло не беспокоить, это крики и движение в темноте вокруг нас. Было очевидно, что лагерь, а точнее эта его часть, пробуждалась.
— Идиоты, нет здесь никаких лучников Темму! Это же наш лагерь! К частоколу, живо, ищите, где эти тарски выбрались!
Вскоре я услышал кряхтенье и ругань мужчин. Не так-то легко было сдвинуть с места массивный вертикальный столб.
— Где Тэрл Кэбот? — донёсся сердитый голос изнутри, голос, от которого веяло властью.
— Здесь! — крикнул я из темноты, решив, что это удержит их у этого места ограды.
Конечно, думал я, они могли бы использовать несколько крепких мужчин, вроде тех, что помогали мне, чтобы раздвинуть колья, вот только я сильно сомневался, что кто-либо из крестьян с охотой встанет на их сторону.
— Ты отлично справился, друг Харуки, — похвалил я, — с организацией людей. Как у тебя получилось уговорить крестьян, да ещё и из разных деревень, мужчин подозрительных и недоверчивых, сотрудничать, участвуя в общем деле?
— Я сказал им, благородный, — ответил садовник, — что они — волы, на которых опирается Домашний Камень.
— И они тебя поняли? — удивился я.
— Я так не думаю, благородный, — улыбнулся Харуки, — но им это понравилось.
И мы, поливаемые струями ливня, освещаемые вспышками молний и оглушаемые ударами грома, вместе с поражёнными, смущёнными мужчинами, спотыкаясь и поскальзываясь в грязи, поспешили, насколько это было возможно, затеряться в коридорах палаток.
Я отпрянул и присел позади палатки, пережидая, пока группа вооружённых глефами асигару, пробежит мимо.
Я сомневался, что периметр лагеря слишком долго задержится в той относительной слабости, которую я запомнил. Издали уже прилетал тревожный звон сигнального гонга. Дождь всё ещё поливал, но основной удар стихии уже миновал. Жёлтая луна, хотя и частично затенённая, уже проглядывала сквозь тучи.
Я предполагал, что у наших врагов есть все основания полагать, что сбежавшие узники, включая нас с Харуки, постараются как можно скорее покинуть лагерь. И я надеялся, что многим, под покрытием непогоды в конечном итоге удастся это сделать, пробравшись за пределы периметра и рассеявшись на открытой местности. Однако, мы с Харуки поступили по-другому, оставшись в лагере, по крайней мере, на некоторое время. У нас было дело, которое мы должны были завершить.
Я искал Таджиму, а Харуки, по моему приказу, отправился определять местонахождение Незуми. Безусловно, у меня не было особого оптимизма в том, что любая их этих миссий закончится успешно. Мы договорились встретиться позже, причём там, где, как мне казалось, нас меньше всего будут искать, у высокого флагштока, стоявшего неподалёку от шатра представителя самого сёгуна, в центре большого колеса, которое представлял собой лагерь.
Я повернул за угол палатки, и поражённо замер, обнаружив острие меча прямо у моего горла. Но почти сразу клинок был убран.
— Тэрл! — воскликнул мужчина.
— Пертинакс! — выдохнул я.
— Что Вы здесь делаете? — шёпотом спросил он. — Я был уверен, что Вы находитесь в другом месте, не здесь, очень далеко, что вас держат во дворце Ямады.
— Я убежал, — объяснил я. — Лорда Темму необходимо предупредить.
— Он и так хорошо знает о приближении армии Ямады, — успокоил меня Пертинакс.
— Есть ещё кое-что, — сказал я.
— С таким командующим, как Вы, — улыбнулся воин, — если Вы захотите пустить в ход кавалерию, Ямада, как и в прошлый раз, будет вынужден уйти не солоно хлебавши.
— Ямада далеко не дурак, — покачал я головой. — Зверь, единожды сунув нос в огонь, вряд ли сделает это снова. Он не пошёл бы на север, если бы не был уверен, что сможет нейтрализовать угрозу кавалерии.
— Каким же образом её можно нейтрализовать? — удивился Пертинакс.
— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Но он идёт на север. Я очень рад, что столкнулся с тобой.
— Мы с Ичиро, — сообщил мне он, — уже несколько дней провели в этом лагере.
— Значит, ищете Таджиму, — заключил я.
