Это сообщение очевидно было воспринято зверем без удивления. Я ожидал, что это удивит Пертинакса, но именно на такую реакцию я рассчитывал, и к счастью для нас выяснилось, что я угадал. Также, всё выглядело так, что зверя совершенно не обеспокоил тот факт, да он похоже этого даже не заметил, что ни на одном из нас не было офицерского пояса. Лично я не сомневался, что Ямада обратился бы к ним через офицера, причём высокопоставленного, скажем, уровня Лорда Акио или одного из своих даймё.
— Дело важное, нужно поспешить, — добавил я.
Мой расчёт состоял в том, что мы сможем под тем или иным предлогом избавиться от этих двух животных, и, так или иначе, получить доступ внутрь этого помещения. Правда, я надеялся, что нам предстоит иметь дело с более нормальной дверью, которую мы могли бы вскрыть в отсутствие хозяев.
— Боюсь, без крови не получится, — сообщил я Пертинаксу и Таджиме, перейдя на английский. — Я возьму на себя первого, а вы с глефами приготовитесь встретить второго.
Очевидно, моя ремарка, как я и надеялся, была воспроизведена на кюрском как что-то неразборчивое. Переводчик, на что я изначально рассчитывал, был либо не приспособлен к работе с английским языком, либо, если и мог с ним работать, то, по крайней мере, это в данный момент не был на него переключён. Большинство переводчиков кюров, насколько я знал, по крайней мере, на Горе, были настроены только для одного языка, как нетрудно догадаться, гореанского. Можно отметить, что среди кюров найдётся немного тех, кто способен понять разговорный гореанский без переводчика, и ещё меньше тех, кто могут воспроизвести нашу речь, хотя полученный результат правильнее было бы назвать гротескной пародией на человеческие фонемы. Правда, если быть до конца честным, надо признать, что людей, которые могут повторить кюрские фонемы и того меньше. В конце концов, нельзя же ожидать, что тигр, если предположить, что существуют умные и разумные тигры, будет способен превосходно декламировать Шекспира. Вот точно так же и какой-нибудь из знатоков Шекспира, скорее всего, вряд ли смог бы удовлетворить аудиторию кюров чтением стихов даже самого простого из их уважаемых поэтов. Фактически, я бы посоветовал ему воздержаться от такой попытки. Кюры не отличаются сдержанностью, а клыки у них острые.
— Я не понял тебя, — послышался механический голос и переводчика, висевшего на шее зверя.
Слова прозвучали невозмутимо, что нормально для переводчика, но поведение кюра указывало на зародившиеся у него подозрения.
— Извините, — сказал я уже по-гореански.
— Это я понял, — сообщил мне зверь.
— Хорошо, — кивнул я. — Возможно, в вашем переводчике произошёл короткий сбой. Возможно, следует проверить его работоспособность. Пожалуйста, пройдите как можно скорее к сёгуну.
Кюр выключил переводчик, и что-то прорычал на своём языке. Его товарищ привстал и отбросил окорок, которым был занят до этого момента, в сторону. Большой кусок мяса ударился в стену и шлёпнулся на пол. После этого второй кюр приблизился к первому на пару шагов.
Краем глаза я заметил, прислонённый к дальней стене боевой кюрский топор. Его рукоять была приблизительно футов семь длиной, а двойное расширяющееся от обуха лезвие — два фута шириной. Это грозное оружие в руках или, если хотите, в лапах кюра, но для человека будет проблемой просто поднять такой топор.
— Приготовьтесь, — не оборачиваясь, сказал я Пертинаксу и Таджиме.
Первый монстр снова активировал переводчик, и мы услышали лишённый интонаций голос:
— Вы принесли сообщение от Лорда Ямады.
— Да, — подтвердил я. — Вам и вашему товарищу надлежит…, простите меня, скорее, вас приглашают к сёгуну. Вам надо прибыть туда как можно скорее.
— Вы — охранники коридора? — спросил зверь.
— Нет, — ответил я. — Мы пришли из апартаментов сёгуна.
Пытаться выдать себя за часовых, стоявших на входе в коридор, мне не показалось хорошей идеей. Они могли бы быть известны кюрам, как минимум, они могли знать их имена.
— Что задумал сёгун? — осведомился он.
— Мы — скромные солдаты, — развёл я руками. — Сёгун не посвящает нас в свои тайны.
— Но вы уполномочены передать приглашение сёгуна? — уточнил первый кюр.
— Конечно, — подтвердил я.
— Как Ты можешь подтвердить это? — поинтересовался он.
— Кто ещё осмелился бы приблизиться к вашей двери, августейший? — спросил я.
— Удостоверь, — потребовал кюр.
— Удостоверить? — переспросил я.
— Да, — рыкнул он, — удостоверь.
— Я не понимаю, — сказал я.
— А я не думаю, что вы покинете этот коридор живым, — перевёл его рычание переводчик.
Фраза звучала ровно и размеренно, но на лице монстра теперь читалась явная угроза, нешуточная угроза.
— Вас зовёт сёгун, — строгим голосом напомнил я.
Второй кюр, теперь стоявший в паре шагов позади первого, зарычал, и хотя этот звук не казался мне чем-то отличающимся от тех звуков, которые до сего момента интерпретировал переводчик, выдавая их на понятном мне гореанском, в этот раз прибор сохранил молчание. Я заключил, что это было, действительно, не более чем простое рычание.
