Мятежное пламя полностью

Вы хотите удалить ветвь заклинаний «Мессенджер „Социофоб“». Да/Нет.

Я пока не спешил с выбором…

— Ты нашла его? — спросила Авелла.

— Его там нет, — покачала головой Натсэ. — Летим в другую.

Другая деревня оказалась на другом конце Материка. Летели что есть духу, но всё равно вышло долго, уже совсем стемнело. По пути я продолжил пытать интерфейс:

Можно ли запретить определённым магам использовать заклинание?

Интерфейс подумал, потом выдал:

Сделать ветку эксклюзивной для Ордена? Вам понадобится утвердить Орден. Да/Нет.

Отличная идея! Конечно, да.

— Упс, ветка связи пропала, — заметила Натсэ.

— Да, это становится слишком опасным, — сказал я. — Мы потом утвердим Орден Социофобов, и у нас ветка вновь станет активной.

— Орден Социофобов! — покачала головой Натсэ. — Вот никогда бы не подумала, что до такого дойдёт. Но ладно…

Вторая деревня располагалась более гармонично. Этот берег Материка был чем-то вроде парка, и магического жилья вблизи не было. Вот это уже больше походило на правду. Вполне в духе Гетаинира — залечь подальше от цивилизации и творить всякую гнусность.

Работали так же. Натсэ пошла на разведку, мы с Авеллой затаились. Натсэ вернулась уже через пять минут.

— Сидит в доме, — доложила она. — Там только женщина, одинокая. Ну, и ребёнок.

— И что мы теперь будем делать? — Авелла принялась заламывать руки, пытаясь совладать с волнением.

— По-хорошему, надо бы стражу вызвать, — задумчиво сказал я.

— Смешно, — кивнула Натсэ.

— Сам смеюсь… Ладно, руководи. Ты у нас главная в таких делах.

Натсэ задумалась.

— У Гетаинира вполне может быть магическое зрение, мы не знаем его ранга. Он может увидеть наше приближение даже сквозь невидимость. Пусть не поймёт, кто конкретно, но… догадается, я думаю. Значит, действовать нужно либо издалека и очень кропотливо, либо — с налёта. Чтобы он ничего сообразить не успел.

Она помолчала, притопывая ногой в такт каким-то своим мыслям, покивала.

— Летим.

— Куда? — хором спросили мы с Авеллой.

— Вверх. Хорошо так вверх. Зависнем над крышей дома и будем ждать. Должен ведь он иногда выходить по нужде. Он там молоко пьёт, тварь…

Сначала мы поднялись, а потом уже переместились так, чтобы находиться над домом. Расстояние было приличным. Я попытался вглядеться Огненным зрением и не различил через крышу фактически ничего. Может, и он нас не видит. Хорошо бы…

— Рунной защиты там нет? — осведомилась Авелла.

— Нет, ничего подобного, — покачала головой Натсэ. — Вряд ли он способен создать мало-мальски толковую защиту. Его стратегия — бежать и прятаться, либо, если чувствует силу, переть напролом. Сейчас он прячется. И силы у него никакой нет.

Мы прождали полчаса. За это время выкатилась на небо огромная луна и посеребрила деревню. Вдруг Натсэ дёрнулась:

— Смотрите! Вот он вышел.

И вправду, рядом с домом появилась крохотная козявка. Она постояла, будто принюхиваясь, и поползла в сторону уличного туалета. Как только козявка скрылась там, Натсэ махнула рукой.

Пошли!

Мы обрушились вниз с огромным ускорением. Я попросил воздух нас разогнать, Авелла сколдовала вокруг нас защитный пузырь, который с треском лопнул, разбившись о землю, оставив круглую выемку.

— Задержите его, — крикнула Натсэ, первой бросаясь в дом.

Мы с Авеллой поднялись на ноги и повернулись к туалету. Из дома донёсся женский визг, потом — грохот, удары… И вот раздался плач ребёнка.

Из туалета.

— Ну в чём дело? — Дверь туалета распахнулась, и перед нами предстал Гетаинир с младенцем на руках. — Честному человеку уже и нужду справить нельзя. Сразу какой-то погром… А, это вы! Рад видеть, сэр Ямос, госпожа Боргента. Как делишечки? У меня прекрасно.

Натсэ вырвалась из дома, подобная демону. Платок с неё слетел, глаза горели.

— Ты ублюдок! — рявкнула она. — Да как ты посмел?..

— Посмел что? — фыркнул Гетаинир. — Обхитрить тебя? Уж извини, Тавреси, но я не мог иначе.

В руке у Натсэ что-то сверкнуло.

— Не двигаться! — Гетаинир перестал валять дурака. Правой рукой схватил ребёнка за голову. Младенец завизжал…

— Мерзавец, — прошептала Авелла.

Натсэ не двигалась. Я тоже не знал, что поделать. Да ему мгновения не понадобится, чтобы раздавить эту крохотную головёшку, тут ни одна Стихия не поможет…

Сможешь изменять и создавать Вселенные…

Я поспешно закрыл глаза. Ладно… ладно, Старик. Ладно, беру свои слова обратно. Сейчас, если мне удастся провернуть нечто вроде того, что делала со мной Сиек-тян…

В темноте они стояли рядом. Натсэ и Авелла. Не настоящие, а те, что представлялись моей душой.

— Чего ты хочешь? — спросили они хором.

— Спасти сына Тавреси, — сказал я.

Они переглянулись и кивнули одновременно. Вместе сделали шаг вперёд, и я открыл глаза.